дамы в положении едят в основном то, что рекомендовано. Здесь для посетителей, гостей, персонала. Иногда дамы в положении приходят, но в любом случае у них везде прокатывают карточку. И мы видим, что у них в диете. – Продумано! – Конечно! Санаторий несет определенную ответственность за исход беременности. Тут врачи стараются. Все строго. И, кстати, передачи еды и напитков дамам запрещены. Имейте в виду. Некоторые родственники, бывает, ведут себя весьма странно, особенно мужики. Проносят в бутылках из-под воды вино и тому подобные штуки откалывают. Поэтому главврач решил полностью запретить передачи. Я делаю заказ и не отказываю себе в удовольствии выпить бокал вина. Приятно ощущать себя нормальным человеком. *** Алёна предупреждает, что скоро подъедет. Я как раз успеваю с аппетитом поесть и жду возле стойки регистрации. К выходу направляется медсестра. – Вы не волнуйтесь. Все будет с вашей сестрой в порядке, – успокаивает она меня, обернувшись. В окно я вижу, как Алёна замерла на заднем сиденье, ее рука вцепилась в дверь машины, а другая непроизвольно поглаживает пока не особо заметный живот. Наконец она выходит из машины, и водитель, передав ее сумку медсестре, выруливает обратно к выходу. Алёна застывает возле дверей. – Заходи, – мой голос слишком холоден, но он вырывает ее из оцепенения. Она вздрагивает, а я подхожу, нацепив улыбку, ближе. – Подними голову, – шепчу я, поправляя на сестре шарф. –Ты здесь – я. Ты – успешная, уверенная в себе Марина. Не забывай, черт тебя возьми! Мои пальцы впиваются в плечо Алёны, хотя я понимаю, что делаю ей больно. – Давайте ваши документы, – ласково просит медсестра. – Я вас провожу сейчас в ваши апартаменты. Вы сможете там переодеться, оставить вещи. Я пока все оформлю. И через часик зайду за вами. Пойдем к врачу. Вы, Алёна Аркадьевна, тут подождете? Или пойдете в ваш коттедж? – Я пойду с сестрой, – реагирую на «Алёну» не сразу. – Помогу ей. – Конечно, – медсестра кивает. – Вы очень похожи! У близнецов обычно сильная связь друг с другом. Мы не близнецы, а погодки. Но я не отрицаю. Пусть думает, как хочет. А вот связь друг с другом нам действительно приходится налаживать. В кабинете врача поразительно сочетается роскошь и стерильность. Дубовый стол, дорогие кожаные кресла, но везде – этот вездесущий больничный запах, который странным образом смешивается с ароматом свежемолотого кофе. Доктор Семенов, что следует из таблички на его двери, отрывает взгляд от бумаг. Он смотрит внимательно, изучающе. И я вижу, что этот взгляд