Я кивнула, мотая на ус ценную информацию не только о местных порядках совместных грабежей, то есть — военных кампаний, но и о том, что мой отец расписался в собственной экономической беспомощности.

«Нет. Так не может продолжаться вечно. Но разговор о том „а дочь ли я тебе, или где?“ стоит отложить до более приватной обстановки. Нельзя даже допускать возможности, чтобы кто-то услышал подобные вопросы!»

Поправив рукав, я еще несколько мгновений смотрела на лежащую у подножия замка столицу, а потом — кивнула.

— Значит, мы принимаем это предложение.

— Отлично, — Рудольф моментально откликнулся, а мне от чего-то стало не по себе. Он так легко отпустил меня, словно бы не было того разговора, не было всех его переживаний… Я невольно попыталась вглядеться в лицо короля, найти там что-то, что подсказало бы мне, а переживал ли он за меня на самом деле, как за свою дочь. Мой взгляд, конечно, не остался незамеченным. Рудольф хмыкнул, подошел и встал рядом, опираясь локтями на каменные перила, как это не так давно делала я сама. — И что теперь тебе не так, Эва?

Я, покусывая губу, начала ощущать себя дурой. Весьма неприятное чувство, между прочим, но достаточно правдивое: то требую отпустить меня воевать, то недовольна, что меня отпускают. Как говорил персонаж моего любимого ситкома: «Не можешь сдержать эмоции — иди в чулан, никто не любит истеричек». В чуланах сидеть принцессам не полагается, а второй забег по замку мог и не сложиться так удачно, как с Альвином.

— Все в порядке, я… — Я тут же замолкла, натыкаясь на насмешливый взгляд короля. Ну да. Я врала, вернее — пыталась врать ходячему детектору лжи. К успеху шла, угу. — Ладно. Меня просто зацепил тот разговор… не идет из мыслей. — Я опустила голову и начала старательно исследовать взглядом пространство под балконом, надеясь, что ощущение неловкости не выльется стыдливым румянцем на щеках.

— Забудь, Эва. Я… вспылил. Прости. Не надо было мне это говорить. — Голос короля звучал чуть глухо, и я, бросив на того короткий взгляд, заметила болезненно-тоскливое выражение на его лице.

— Я тоже очень по ней скучаю… — Все же я не решилась протянуть к его плечу руку, хотя мне этого очень хотелось. Рудольф кивнул, зажмурился на мгновение, а потом я снова увидела его таким, каким уже привыкла: доброжелательным, насмешливым и чуточку уставшим.

— Ну, Ваше Высочество, ваша миссия на сегодня окончена, а моя еще только начинается. Отдохни как следует, видит Светозарная, ты этого заслуживаешь. — Король улыбнулся мне, и я невольно улыбнулась в ответ. В пару размашистых шагов Рудольф оказался у портьеры и, в сопровождении Альвина, ушел через расступившееся перед ним людское море.