Зардевшийся бронник взял с другого стола ножны из выкрашенной в темный синий цвет кожи, со стальными устьем и навершием, и, ловко закрепив два ремня перевязи на моем поясе, потянулся было к мечу на стойке, но, словно бы одумавшись, убрал руки, почтительно сгибая передо мной спину. Кажется, я даже перестала получать от этого жеста удовольствие, воспринимая его как нечто должное и порой раздражающе-затягивающее все действие.

Подойдя к оружейной стойке, я сама взяла божественное оружие и, убрав его в ножны, снова побродила по комнате. Быстро поняв, что клинок стоит придерживать за рукоять, иначе он стучит по ногам и иногда сползает то вперед, то назад, я, приноровившись, довольно качнула головой. Наконец-то у моего верного меча будет достойная «одежда». Кстати, интересно, у этого клинка есть имя? Обычно все мало-мальски известное оружие имеет имя, а уж тем более — меч защитника веры. Но Фарраль о нем не упоминал. Назвать его самой? Как-то очень претенциозно…

Я решила оставить это дело на потом и, еще раз ощупав себя, принялась раздеваться.

В процессе снятия кирасы Харакаш проинформировал мое Высочество, что вечером он ждет меня в полном облачении во дворе для конной прогулки. А утром — там же и в том же виде, для тренировки в доспехах.

Одна мысль о предстоящем действе отозвалась в мышцах фантомными болями, а на лице — легким ужасом, который мой наставник конечно же заметил, наградив меня ехидной, но не злобной усмешкой.

— Тяжело в учении… — начал он, а я бездумно подхватила, заканчивая вместе с ним так хорошо известную фразу: —…легко в бою.

Островитянин взглянул на меня удивленно и с некоторой теплотой, а после поинтересовался, откуда я знаю высказывание его народа. Я отмахнулась, соврав, что попалось в одной из книг, что давал господин чародей, а мне запомнилось почему-то. Харакаш, кажется, остался вполне удовлетворен этим ответом, я же сделала себе мысленный выговор за то, что не слежу за своим длинным языком. «И так уже натворила дел на пару месяцев вперед, половина прислуги мурлычет: „Ну-ка, мечи стаканы на стол“, не хватало еще что-нибудь учудить!»

Из оружейной я забрала только ножны — мастер Гойшек сказал, что нужно еще поправить пару мелочей, и к вечеру доспех будет полностью в моем распоряжении. Потому, опоясавшись перевязью и положив ладонь на яблоко меча, в сопровождении Миры я возвращалась в свои покои, размышляя о том, чем же заняться после завтрака с королем.

Решение пришло само собой: зайдя в комнату, я увидела Марию, что все также играла теми куколками, вызывая у меня нервное дерганье уголка губ, и решила, что после завтрака возьму девочку, мы сядем на коня и доедем до города. Я все равно хотела прогуляться по местной ярмарке, так почему было не совместить приятное и полезное? Тем более что мне хотелось сделать какой-то подарок не только своей подопечной, но и Мире — слишком много нервов я ей потрепала за последнее время.