Альвин коротко поклонился и быстрым шагом скрылся в замке, а я, оглядев двор, взяла Марию за руку, и мы медленно пошли в сторону крыльца.

Девочка прижимала к себе одной рукой мишку и полупустой туесок со сладостями, а я размышляла о том, что этот мир во многом более жесток, чем мой, и нужно быть ему под стать.

«Как выжить тут и не стать чудовищем в собственных глазах?»

В книжках главная героиня должна была обратиться к своему божеству или увидеть прекрасный сон и получить недостающие ей смелость и твердость характера — этакий карт-бланш на всё, что она ранее считала невозможным для себя. И обязательно при этом остаться доброй, милосердной, нежной и далее по списку. Мне же вряд ли удастся провернуть такой фокус — божество не спешило даровать мне утешение и сверхспособности, а во снах таилась иногда угроза куда более страшная, чем наяву.

«И почему меня вдруг стал беспокоить собственный моральный облик именно сейчас? Надо быть реалисткой и эгоисткой — никто в этом мире не позаботится о тебе лучше, чем ты сама».

Закончив на этом самокопание, я и не заметила, как мы с Марией уже поднялись по крыльцу замка. Без каких-либо задержек добравшись до моих покоев, сняв по дороге теплые плащи, мы ввалились в комнату и с удивлением обнаружили, что она пуста.

Признаться, я совсем привыкла, что к тому моменту, когда я возвращаюсь в комнату, меня уже ожидает верная служанка, которая не иначе как имеет свою собственную шпионскую сеть в замке, доносящую обо всех моих передвижениях. Потому, не обнаружив ее в комнате, я обескураженно покрутила головой, положила ключи и документ на стол, а упакованный в мешок подарок на пол рядом с ним и, переглянувшись с Марией, пожала плечами. «Ну… ладно. Возможно, у нее сейчас какие-то свои дела. У нее же могут быть свои дела?»

Я помогла девочке переодеться в домашнее, сама же, наоборот, избавилась только от перевязи с клинком и сюркотты, оставшись в своем «ездовом» платье. У меня было еще пару часов до вечерней прогулки с Харакашем, и я решила потратить их приятно и полезно — завалилась на застеленный шкурами пол неподалеку от камина и вооружилась вторым томом книги от некоего Мартина из Бейона, что на удивление не занудно, но аж в семи томах, повествовал о событиях, последовавших сразу за Божественной войной.

И аккурат на периоде, предшествующем заложению Андорийского королевства, меня сморил сон.

[1] Здесь речь идет о "вышагивании", которым приводят коня в нормальное состояние, давая его сердцу замедлиться после интенсивной скачки, для последующего выпоя и заведения в денник.