чьи проблемы, откровенно говоря, не слишком меня впечатляют, а здесь, сейчас, с нами. Мы ведем себя противоестественно. «Да нет, вряд ли. С чего бы вам знать?» – Живые люди так не разговаривают. «Да ни хуя ты не знаешь», – должен бы гоготнуть мой новый знакомый. Ну, или если он, паче чаяния, несокрушимый интеллигент, чья лексика не мутирует даже под тяжким гнетом малого бизнеса, буркнул бы: «Нет» – и дело с концом. Но куда там! «Теперь я в этом не сомневаюсь» , – поди ж ты! Вся наша беседа – фальшивка, липа; мы сидим за столом и говорим друг другу длинные аккуратные фразы, совершенно не похожие на нормальную человеческую речь. Мы следим за мимикой и тщательно исполняем положенные жесты, словно бы где-то рядом развалились в креслах невидимые наблюдатели, для которых наш треп – развлечение, вроде водевиля или бульварного чтива. А мы – что ж, мы просто хорошо делаем свою работу. Отрабатываем некий неизъяснимый, не выражаемый словами, но вожделенный гонорар. Нутром это чую, хоть и не могу аргументированно доказать. Тогдашнее мое переживание не из числа тех, что поддаются достоверному изложению. Менее всего оно походило на «мысль, пришедшую в голову», или на выверт шального воображения. Просто осенило – и все. Я словно бы вдруг увидел происходящее не изнутри композиции, в центре которой разместился с вилкою в деснице и стаканом в шуйце, а со стороны. С такого ракурса, откуда фальшь очевидна, как рябь на воде, как лиловое на желтом, как визг пилы, заглушивший птичий щебет. Я судорожно втягиваю воздух. Надо бы сказать этим симпатичным, в сущности, людям, моим новым работодателям (и, возможно, новым друзьям), о своих странных сомнениях. Предложить им немного помолчать, а потом начать все сначала и постараться говорить нормальным человеческим языком, короткими, небрежными фразами, то и дело сбиваясь, повторяясь, запинаясь, перескакивая с одной темы на другую, не заботясь о жесткой внутренней логике диалогов… Но этого я не сделаю никогда, потому что… Почему? А вот не знаю. Даже подумать боюсь: не приведи господи, догадаюсь. И тогда я собираюсь с духом и говорю как ни в чем не бывало, что, дескать, поживем – увидим. Про себя отмечаю, что простенькая эта фраза – вполне узнаваемая цитата из исландских саг, и, возможно, именно поэтому она прекрасно вписывается в противоестественную нашу беседу. Аккуратно занимает свое место в разговоре, поскольку скроена в точном соответствии с формой и размерами наступившей паузы. Невидимые наблюдатели вяло аплодируют, развалившись в