тогда вообще некогда будет. Придя домой, он покупался сам и покупал Дашу. Усадив её на ванную сидушку, он приложил руку дочери к пенису: — Потрогай моего дружка, не бойся. — А я не боюсь, — послушно начала гладить член дочь. — Наоборот, даже интересно, как он подымется. На самом деле, после минутного поглаживания пенис набух и стал похож на торчащую кость, которая возбуждающе покачивалась перед лицом девочки. — Ух, ты! Вырос, как джинн из сказки, — воскликнула девочка. — Хочешь попробовать язычком? — спросил отец. Девочка не решалась: и хочется, и колется, и мамка не велит: — Не стесняйся. Вижу, что хочешь, — отец слегка наклонил Дашину голову. Она язычком коснулась шершавой головки члена. С каждым прикосновением он становился твёрже, а девочка — увереннее. Наступил момент, когда ей захотелось захватить член губами, как это делала прошлой ночью мама. Так и получилось. Папа вошёл в азарт: помогал дочери быстрее двигать головой. Несколько раз головка упиралась в миндалины, но поперхнувшись и отдышавшись, девочка продолжала ритмические движения. Наступил момент, когда отец прижал Дашину голову к паху и замер. Девочка послушно остановилась. Струя спермы, как вулканическая лава, хлынула в рот новоявленной минетчицы. Чтобы не захлебнуться, она проглотила солёную жидкость. Затем, видимо, подражая маме, дочь спросила: — Тебе хорошо было? — Ещё бы! Я был на седьмом небе! — послышалась знакомая фраза. — Давай теперь я тебе сделаю хорошо. — Отец положил дочь на пенопластовую сидушку, раздвинул ей ноги и начал вылизывать промежность. — Ты моя вкусняшка, — нашёптывал он, теребя языком твёрдую пуговку клитора. Вначале девочку охватила блаженная дрожь, а затем какая — то необъяснимая волна наслаждения начала перекатываться по всему её телу. Жаром страсти обдало девичье лицо. Перед глазами поплыли окружающие предметы. Наступил момент, когда накопившееся желание прорвалось наружу: испуганно и жалобно вскрикнув, Даша кончила струёй мочи в рот своему отцу: — Ой, папочка, я уписалась! — Писай, моя кошечка. У тебя всё такое сладенькое, — ворковал тот, ловя губами брызгающую жидкость: 4 Отец всерьёз взялся за половое воспитание дочери. — Пусть лучше я, любящий папа и знаток анатомии, тебя всему научу, чем какой-нибудь подзаборный шаромыга, — наедине с Дашей он вселял надежду. — Я плохого своей доче не пожелаю. Что касается матери, то на все "щекотливые" вопросы девочки, у неё был всегда один ответ: — Ты ещё маленькая. Подрастёшь, сама узнаешь. Папа был иного мнения.