Однажды от скуки, постоянной спутницы заключённого, я стал считать, сколько ночей прошло от шестнадцатого июня до двадцать четвёртого сентября. По иронии судьбы их оказалось ровно сто… Сто ночей легли в моей памяти дорожкой от лета к осени. Но жизнь бессмертна и идёт по кругу. Теперь, в сумраке свинцовых стен и тяжёлых стальных прутьев, я дожидаюсь весны, которая придёт уже совсем скоро… всего через семь лет. Лили сейчас пятнадцать. Незабываемый возраст моей любви. Любви, и ласки, и яркого вечного солнца…
Александр Чернов
12 апреля
Проснулся с утра, солнце светило прямо в глаза уже было часов семь сонный голос матери раздраженно
— Ты, что спишь еще вставай быстрее нам на работу идти завтрак делай вообще обнаглел.
Сегодня мой день рождения исполнилось 12 лет я чувствовал себя взрослым и самостоятельным про день рождение конечно никто ни помнил когда жива была бабушка всегда поздравляла с утра а последний год жил с мамой в тесной однокомнатной квартирке. Я, встал, одел трико угол где я спал, был отгорожен старым шкафом от остальной комнаты все остальное пространство занимал разложенный диван и столик рядом с ним заставленный бутылками и закуской на диване спал дядя Сережа крупный мужчина лет тридцати волосатый и абсолютно голый рядом сидела мама в простыне. Маме было 45 лет но всем говорила что 35 крашеная блондинка с утра она была не в форме после вчерашнего глаза хмуро и зло смотрели на меня презрительно и осуждающе она встала и прошла в ванну. Во всей маминой фигуре выдающейся частью привлекающей сразу внимание был зад, для ее худенькой фигуры он был огромен чуть обвислым но упругим и привлекательным мама вечно жаловалась что на ее фигуру не подберешь ни юбку ни платье ни брюки все надо шить но зная что ее зад привлекает мужчин выработала томную неторопливую походку, она не спеша прошла в ванну ее попа переваливалась, как бы борясь между собой, на диване зашевелился дядя Сережа, он тоже смотрел на мамин зад, поглаживая член, потом почему то подмигнул мне. Я прошел на кухню поставил макароны и стал крошить сыр мама подошла, повернула меня наклонилась к моему лицу и глядя мне в глаза сказала
— Мы же договорились, что к семи ты все приготовишь нам рано на работу я зарабатываю деньги и обрабатываю тебя между прочим и мне некогда заниматься стиркой уборкой готовкой — она легонько но хлестко ударила меня по щеке — вставай в шесть и все делай, убирай, что ты меня позоришь то перед людьми. Обида и вина боролись во мне я молчал и смотрел в пол, подошел дядя Сережа одной рукой поглаживал член обнял маму и прижался к ее откляченному заду.