Чуб был близок к отказу, но, спасибо Светочке, находился в таком же возбуждении, что и я.
— Разрешаю. — сказал он, прекратив изображать на лице мучительные раздумья.
Менты к этому времени начали оживать. Девка точно слышала наш разговор. С ужасом в глазах глядя на нас, она попыталась отползти в дальний угол. Юбка при этом задралась до пояса, оголив полные белые ноги. Чуб разглядывал ее и дружелюбно улыбался, несмотря на внушительный бугор на его штанах, увеличивающийся с каждой секундой.
Глыба быстренько пристегнул наручники мента за какую-то железку в багажнике и заклеил ему рот скотчем, чтобы "не пугать криками местное население". Наружу торчала только ментовская задница, поросшая рыжими волосами. Глыба упер головку своего монстра в смазанное вазелином сморщенное пятнышко ануса и помогая рукой, ввел головку внутрь. Мент задергался вырываясь, из багажника донеслось мычание.
— Ниче так очко. — довольно ухмыльнулся Глыба и вцепившись руками в ягодицы, толкнул член в глубины ментовской задницы. Глубины приняли в себя член по самое немогу, позволив яйцам одного шлепнутся о яйца другого. Из багажника донесся нечеловеческий вой, задница завиляла так резво, что Глыба, пойманный ею за член, чуть не упал.
— Ничего, ничего… — похлопал он мента — Сначала всем больно, а потом, петушок, тебе понравится.
С этими словами он переступил с ноги на ногу и схватив того за яйца, чтобы не трепыхался, принялся ворочать хуем из стороны в сторону.
Девка, услышав звуки, издаваемые напарником, побледнела и сжалась.
— Не бойся, иди сюда. — ласково позвал ее Чуб. — Тебя как звать?
— Света… — она наоборот попыталась отползти подальше.
— О, еще одна Светочка! — обрадовался Чуб. — Иди сюда, продолжишь дело предшественницы.
Видя, что вылезать она не собирается, он быстро схватил ее за щиколотку и подтащил к себе. Света отчаянно брыкалась, но это ничего изменить не могло. Другую щиколотку поймал я. Наполовину вытащив ее наружу, мы широко развели ее ноги и приподняв, встряхнули. Юбка от этого полностью сползла на пояс, демонстрируя белоснежные трусики, туго обтянувшие выпуклый лобок. Чуб оскалился и подцепив их пальцем, резко дернул. Послышался треск, трусы соскользнули на бедра, обнажив поросший густым черным волосом лобок. Глыба стянул их совсем и сунул в карман. Я же пристроился между разведенных девичьих ножек, пытаясь попасть во влагалище. Оно было узким и сухим, член не желал входить, отзываясь болью при каждой попытке, а девушка каждый раз вскрикивала. Пришлось одолжить у Глыбы вазелин. С ним все пошло намного лучше — хуй вошел легко, несмотря на плотно охватившее его влагалище, сопровождаемый громким протяжным женским криком. Мне это не помешало, мой член вновь повторил путь от половых губок в самые недра. Чуба же крики девушки раздражали, он достал из кармана ее трусики и скомкав, затолкал ей в рот. Я навалился на нее, задирая ноги высоко вверх и принялся трахать, шлепая мошонкой по ягодицам. Кричать она не могла, были слышны только глухие стоны, иногда переходящие в столь же глухие взвизгивания, если член проникал особенно глубоко и во что-то там упирался. Из багажника в ответ доносилось мычание мента.