— Давай-ка быстренько поешь, а то, что останется, я заверну тебе с собой.

Он сел тоже на край матраца и смотрит в окно на мир.

В небе настоящий праздник, там много розовых облачков, чуть перемещаясь, они собираются вместе, образуют фигуры.

Он сказал себе: «Они будут показывать мне дорогу».

— Не хочешь ли чего-нибудь поесть?

— Нет.

— А вина не хочешь?

— Нет.

Она сказала:

— Знаешь, я выйду посмотреть, нет ли кого, и приду тебе сказать... Я тебя немного провожу.

Она вышла. Он бросился к дверям. Его приветствовал свежий воздух.

Снова стала слышна песня источника. Источник совсем крохотный.

Это струйка воды, не крупнее нитки, что висела, извиваясь, на конце деревянного водостока, как обсадка хлыста. В желобе немного мха. Середину этой полутрубки, где дерево всегда светлое и днем блестит, окаймляют две ленты тонкого зеленого бархата. Мир красив, но есть нечто еще красивее. Все время плывут розовые облачка. Ему виден на пологом склоне край луга, который внизу внезапно прерывается и переходит в огромную яму, полную тени; а с другой стороны он поднимается между двумя полотнами черного леса, который он буравит своей верхушкой, чтобы соединиться с перешейком, протянувшимся между двумя горными массивами.

Нужно будет посмотреть, куда идут облака.

Она вернулась; она сказала ему:

— Все хорошо: никого нет.

Наверху с южной стороны тропинка перекидывается через гору, и между вами и покидаемым местом встает высота горы; со стороны озера — пустота, оттуда всего можно ожидать.

— Во всяком случае, со стороны озера — никого.

Она показывает рукой на гору.

— Их еще там нет, у нас есть время.

А он смотрит на облака. Они начали перемещаться. С наступлением дня в верхних воздушных слоях появился легкий ветерок, стало видно, что облака плывут на север, то есть в сторону озера. Они приходят в волнение. Набираются храбрости. Вдруг они сбились все на одну сторону, маленькие и круглые, как множество голов.

До него доносятся слова Жоржетты:

— Погоди, я пойду возьму корзину.

Она вошла в сарай; он сделал шаг, сделал другой. Повернулся к ней спиной. Он слышит, она зовет:

— Жозеф!

Жоржетта вышла из сарая и поворачивает ключ в замке.

— Куда ты идешь? Это не в ту сторону, Жозеф.

Он как будто не слышит, он делает третий, четвертый шаг; так он доходит до края пропасти, смотрит в черноту провала. Там видны легкие складки воды, и она постепенно меняет цвет. Воздух подобен стеклу; оно запотело и его вытирают. Показались крыши домов, они отделяются от всего, что их окружает; деревня, оттого, что дома расположены на трех уровнях, будто трехслойная.