Эрмин говорил яростным шёпотом. Герцог велел перекопать всю землю вокруг деревень на ловчие ямы. Он сказал – демон полезет за едой к людям и попадётся, на холмах-то не на что охотиться. Но один опрометчивый приказ Унтандъен уже изменил, одумался. И этот приказ он тоже может изменить. А последствия упадут на простых людей, на тех, кто исполнял. Староста отвечает за односельчан.

Надо предупредить беглеца, спокойно сказал травник-кайо.

Кузнец-ороле согласно кивнул. И надо взять для него кое-что.

Они порознь выехали в разные стороны. Молодой, неопытный командир гвардейцев ничего не заподозрил и выпустил их из деревни.

Первым иного увидел эрмин, потому что носился по холмам туда и сюда.

У Лалги не вызвал опасения одинокий сельчанин, зато шарахнулась Тана. Этот человек сумасшедший. Все нападают или убегают, а этот спешился, закричал, замахал руками, побежал навстречу.

-В Читобе гвардейцы, засада, не ходи туда! Погоди, не уезжай, я друзей позову, мы тебе кое-что принесли!

-Их много, твоих друзей? – насторожился беглец.

-Двое. Не бойся, мы тебе не враги.

Лалга с удивлением посмотрел на улыбающегося человека. И согласился подождать, но с седла не слез. Эрмину пришлось поехать за ороле и кайо, чтобы позвать. Свист или крик привлёк бы ненужное внимание.

Беглецу рассказали немало важного. Разъезды множились по всей равнине.

-Да мы вообще в аху… в ошеломлении.

Молодой староста запнулся. Не то чтобы он постыдился. Но ведь иной, скорее всего, не поймёт человеческой ругани. Лалга, тем не менее, понял. Эти выражения он уже слышал в Ицагале, от охотника с алхимиком.

-Чтобы поймать одного, переводится количество продуктов, которым можно накормить целую армию. На тебя почему-то спущена вся государственная машина. Я спрашивал, что сделал демон, которого так ловят. Мне сказали, что не знают. Такой ответ, как правило, означает – ничего. Просто ты чем-то Унтандъену не угодил.

Лалга кивнул.

-А деревенским я чем не угодил? Они не просто приказ исполняют, они сами охотно меня ловят, хотя им я тоже ничего не сделал.

Травник-кайо вздохнул.

-Сельчане злятся на разорение и обвиняют в своих бедах не того, кто на самом деле виноват. К тому же они боятся неизвестного, а люди со страху чего только не творят.

Староста, как самый рослый из троих, снял с себя и отдал куртку и штаны. Скажу, украли, пока купался, хохотнул эрмин. А я объяснил бы, что несу заказ для другого разъезда, усмехнулся ороле и вручил небольшую торбу. Кайо, улыбаясь одними глазами, начертил в воздухе знак и махнул рукой.

Лалга покинул этих людей очень неохотно.