Ремешок затянулся. Отравленный открыл рот снова.

-Всё-таки, ты мне объясни, смысл-то какой. По-моему, смысла нет. Лучше поехать со мной за сокровищем.

Это продолжалось долго, очень долго. Разговор ходил по кругу. Ловец натягивал кожаную петлю, когда траванутый замолкал, и ослаблял, как только тот произносил что-нибудь. Казалось даже, всё равно, что.

Пленник давно начал повторяться. Ловец словно не замечал этого. Натягивал, ослаблял. И слушал, слушал.

Не один раз Лалга думал, может, всё-таки сдаться. Голова уже не работала, болтовню без конца изобретать.

Но вот ремешок снова стал туже, и Лалга тоже начал снова. По кругу. Главное было не молчать, но он очень устал. И всё равно продолжал говорить.

А потом за спиной увлечённого ловца выросла Тана.

Отравленный со вздохом замолчал и закрыл глаза. Когда открыл, Тана молниеносно доедала тушу собаки. Труп ловца валялся, нетронутый.

Лалга снова вздохнул. Не зря он болтал через «не могу», вот, жив остался. Хотя и думал не раз, что уже конец. А ещё не раз хотел сдаться и позволить себя задушить, потому что устал болтать. Тьфу, совсем сдурел.

Тана понюхала его и пошла шариться по кустам.

Позже она подошла, ему на лицо шлёпнулась мокрая масса, удушливо воняющая пережёванной травой. Липкий сок потёк по щекам. Снова плюхнулась зелёная каша, и ещё раз, и ещё, пока Лалга не догадался, что надо открыть рот и глотать. Животные интуитивно определяют целебные травы, и Тана вздумала его полечить по-своему.

Через некоторое время он пошевелился и приподнялся.

-Ну, хватит, хватит, утопишь ведь! Всё лицо заплевала!

Тана оскалилась и легла. Он заполз в седло…

Групп людей со сворами собак удалось избежать, благо укрытий было много, а главное, беглеца несла Тана. Он снова вернулся к большой дороге.

И понял, что ни в какие стороны не прорвётся, может ехать только прямо. Если не опоздал, и путь совсем не перекрыли, частой сетью. Если по пути не поймают. Вообще-то, ему туда и надо, на юг…

Не все спешили исполнять высокие приказы точно.

В деревне Читоба, на холме у речки, жили и эрмины, и ороле, и кайо.

Молодой эрмин ослушался начальства, не выдал друга, колдуна и травника, был уволен из армии, вернулся в деревню. Его избрали старостой. Ему помогал управляться с хозяйством такой же молодой друг-ороле, кузнец.

Трое друзей спешно совещались.

Иные и люди давно живут мирно. Зачем портить такую жизнь и возобновлять вражду? Этот демон не нападает первым. За что его велено убить? Неизвестно. Слепо подчиняться приказам нельзя. Они люди или безмозглые хищники? Так безумных хищников, в конце концов, ловят всем миром и уничтожают.