— Тогда в расположение 1-й армии.

— Сколько это километров?

Поручик задумался. Достал из планшета карту. Прикинул.

— До железной дороги — около тридцати. Возможно, там получится раздобыть еды на станции. Дальше еще пятьдесят до Лиды или Новогрудка. Там точно есть большие склады.

— Если их не разбомбили.

— У железной дороги, — подал голос другой поручик, — должны стоять польские войска из 1-й армии.

— Я бы на это не рассчитывал, — мрачно произнес де Голль. — Вы ведь видели, как два дня назад наш последний узел сопротивления разнесли?

— И что?

— Очень похоже на 122-мм гаубицы. А если так, то железнодорожный мост они восстановили и поддерживают наступление бронепоездами. И… скорее всего, у железной дороги польских войск нет. Во всяком случае, тут.

— А это не могли быть их 122-мм мортиры?

— Могли. Но плотность огня нетипичная. Стреляло всего две установки. А мортиры у них сведены в батареи по четыре орудия. И по отдельности не используются. Да, батарею могли потрепать. Но я бы не рассчитывал на то, что вот тут, — ткнул он пальцем в карту, — все еще стоят польские войска…

И все приуныли, задумавшись.

Ближе всего, конечно, было отходить к границе Литвы. Но поляки не тешили себя иллюзиями относительно благодушной радости соседей. С которыми да, у них был общий враг — СССР. Но и вопросов друг к другу имелось более чем достаточно…

После того как удалось разгромить в обороне наступающую армаду польских танков, вперед вышла 3-я БТГ под командованием Йозефа Дитриха. 1-я и 2-я БТГ пока приводили себя в порядок, так как, несмотря на достаточно лихое отражение атаки, досталось им ощутимо. Все-таки наступающие танки долбили из всех орудий почем зря. И им требовалось время для восстановления боеспособности.

Часа не прошло, как среди дымящихся остовов танков загрохотали гусеницы 3-й БТГ. При поддержке целого авиаполка модернизированных Р-1М, которые обеспечили достаточно легкое вскрытие импровизированной обороны деморализованных войск. Достаточно было начать сыпать на головы полякам ОАБ-50, как те побежали, стараясь укрыться от бомбежки.

Шарль де Голль и сам лишь случайно выжил.

Особенно после того, как на опушку вырулили советские легкие танки в окружении толпы полугусеничных бронетранспортеров и САУ. Кто-то попытался схватить за оружие. Но это было… плохой идеей.

Каждый бронетранспортер нес 13-мм пулемет с возможностью кругового обстрела. И это оказалось даже страшнее, чем артиллерия. Как в плане действенности огня, от которого даже за деревьями было не так-то просто укрыться, так и в плане морального подавления.