— Если все получится, — с нескрываемым скепсисом произнес визави.

— Если вы не будете пытаться это дело саботировать, то все обязательно получится, — максимально твердо и уверенно произнес Фрунзе.

Он прекрасно знал, что этот метод в 1942 году был применен в СССР, позволив существенно удешевить и ускорить выпуск орудийных стволов, сохранив их качество. Да еще и металл сэкономить. И ничего сверхъестественного там не было, иначе бы в условиях 1942 года его бы попросту не освоили.

Его собеседник промолчал. Как-то обреченно вздохнул и опустил глаза. Верно понял — начальственный каприз придется исполнять со всем возможным рвением.

— Может, так еще и снаряды лить? — нервно спросил начальник артиллерийского цеха после затяжной паузы. В какой-то мере даже злобно.

— Зачем? Там нужна горячая штамповка с последующей чистовой обточкой. Лучше всего с токарной обработкой по копиру, чтобы меньше брака. Во всяком случае, для умеренных калибров.

Собеседник промолчал.

У них на заводе ничего подобного внедрено не было. И они оба это знали. И каждый снаряд обходился ой как не дешево, так как требовал слишком много механической обработки.

— Да ты не робей, — пихнул его в плечо Михаил Васильевич. — Эту задачу я поставил не перед вами. У нас сейчас на Красном Сормово развлекаются горячей штамповкой снарядов. И уже кое-что получается. С вас мы снаряды вообще планируем снять. Чтобы перегрузку убрать.

— И на том спасибо, — с едкими нотками в голосе ответил собеседник.

— Нет, если завод настаивает, то мы можем пересмотреть этот вопрос.

— Нет, нет, — вполне искренне замахал руками начальник цеха. — Люди от усталости падают.

— Я знаю. И делаю все, чтобы облегчить ваш труд. И именно по этой причине прошу — отнеситесь очень серьезно к центробежному литью стволов. Это рабочая технология. У нас просто нет по ней документации. Но она совершенно точно позволяет очень сильно облегчить изготовление стволов. Мы ведь сняли с вас и минометные мины, и гранаты для гранатомета, и 20-мм снаряды. Сняли же?

— Сняли.

— Вот. В наркомате прекрасно понимают — перегружены. И пытаются разгрузить, изыскивая все способы. Так что не вороти нос. Для вас же стараемся.

— Возможно, эта технология и хороша, но как быть с планом? Сами же потом спросите.

— Можешь считать это моим приказом, — произнес Михаил Васильевич.

После чего достал из планшета папку с бланками. И шариковой ручкой набросал приказ. Письменно. В двух экземплярах. Подписал их. И один образец вручил начальнику цеха.

— Вот. Если кто будет голову морочить — покажешь. Сам видишь — мы уперлись. Производительность ни к черту. Опытных людей не хватает. А война на носу. Возможно, даже серьезная. Нам нужно быть готовыми. Понял?