Помимо этого в комнате установили две скрытые фотокамеры, с помощью которых посетителя тайно фотографировали. Иногда во время беседы с посетителем вдруг звонил телефон. Но это был ложный звонок — дело в том, что дежурный офицер сам "вызывал" себя к телефону, нажимая ногой расположенную под столом кнопку электрического звонка. "Говоря" по телефону, офицер жестом указывал гостю на портсигар, лежащий на столе, приглашая взять сигарету. Крышка портсигара обрабатывалась специальным составом, с помощью которого отпечатки пальцев курильщика сохранялись и отправлялись в картотеку контрразведки.

Если же гость не курил, офицер по телефону "вызывал" себя из комнаты, забирая с собой со стола портфель. Под ним находилась папка с грифом "Секретно, не подлежит оглашению". И редко кто из посетителей мог отказать себе в удовольствии заглянуть в папку с подобной надписью. Излишне говорить, что папка также была соответствующим образом обработана для сохранения отпечатков пальцев. Если же и эта хитрость не удавалась, то применялся другой прием, и так до тех пор, пока не достигался успех. Все эти способы вербовки, проверки лояльности и так далее можно и нужно использовать и у нас.

И нужны еще кроты. Особенно в разведке и контрразведке Германии. И есть время их заполучить. А также наработать верные и обученные кадры. Это самое важное в противостоянии рыцарей плаща и кинжала.

Заклеил конверт, убрал в сейф. Отдам при случае Палицыну. Он глава Генштаба — ему и карты в руки.

Раз уж начал писать — накидал перспективный план развития армии. Приоритет наземным войскам, никаких проливов нам нахрен не нужно в этой приближающейся мировой бойне — если удастся завалить Германию, добить потом Турцию труда не составит. А вот если с немцами справится не получится…

В кабинете появилась Лохтина с подносом.

— Чаек, отче…

— О! Самое то — я обжигаясь хлебнул чая — Все выучили, что велел?

— Да. На послезавтра Птицын снял зал — Лохтина поправила воротничок блузки — Страшно!

— А ты не боись, я тебя сейчас успокою — я подхватил женщину, повернул ее к себе спиной, наклонил к столу. Задрал юбку.

— Отче! Гриша… ох…

Лохтина сама подалась ко мне, уперлась руками в столешницу.

Звенели чашки в стакане, упали карандаши и перьевые ручки на пол, а я все “успокаивал” и “успокаивал” Ольгу. Да и сам снимал стресс.

Наконец, Лохтина, поправив одежду и поцеловав меня в ухо, ушла, а я смог перевести дух и вернуться к армейским делам. Пушки, снаряды, ружья, патроны, колючая проволока. Пулеметы и пехотные мины. То есть большой мобилизационный запас. Шесть-семь новых заводов, склады. Работа в две смены. Вполне реально за семь лет накопить нужный объем боеприпасов и вооружений. Что еще? Бронепоезда. Но этим можно заняться и позже, чтобы секрет раньше времени не утек немцам. А вот оборонная промышленность, нет, не ждет.