Пока ехал к Ротшильдам, приводил мысли в порядок. И ведь все один к одному — внесли раздрай и сумбур в голову и бери “царского фаворита тепленьким”. Проплатили статью, на день выхода отправили приглашение, стюарду полшиллинга в лапу, чтобы газету подал… ничего сложного.
Хорошо работают, ничего не скажешь.
Поместье Ротшильдов… да, впечатляло. Ажурные ворота, огромный, ухоженный парк с прудом. В воде плавали белые и черные лебеди. Вот они, хозяева жизни — цари отдыхают.
Авто зарулило к большому крыльцу с колоннами, сразу двое слуг проводили меня в “патио” — увитую плющом беседку со столом и креслами. Вокруг щебетали птички, по идеальной зеленой лужайке немного вдалеке разгуливали фазаны, а у леса, если мне не показалось, щипали травку две косули. Еще в стороне поблескивал водой второй пруд и вот гадом буду, если в него не напиханы какие-нибудь золотые карпы или сазаны. Английская пастораль давила всей своей мощью — вот вроде никаких регулярных аллей и стриженых по линейке кустов, как у французов, но все приглажено, вычищено, острые уголки срезаны…
— Добрый день
В “патио” вошел высокий, прилизанный хлыщ в модном костюме и с моноклем в глазу.
— Джеймс Арманд Эдмонд Ротшильд.
Банкир церемонно представился, первым подал руку. Я сильно, до боли в ладони пожал ее.
Ротшильд выхватил руку, вымученно улыбнулся.
— Добро пожаловать, господин Распутин. Мне сказали, что вы владеете английским?
— Весьма поверхностно
— Я могу говорить на французском, итальянском, немецком. Увы, по-русски не понимаю
Мы уселись в кресла, Ротшильд закурил длинную сигару. Раскуривать ее помогало сразу двое слуг — один обрезал, другой поджигал.
Вышколенные, прямо роботы. Стоило Джеймсу задымить — мигом испарились.
— У вас были хорошие учителя — покивал я, оглядываясь.
Нет, нас никто не слушал — плющ не сказать, чтобы сильно обвил беседку. Удачное место.
— У вас их не было совсем? — поинтересовался Ротшильд
— А что написано в вашем досье на меня? — вопросом на вопрос ответил я. В этот “бадминтон” с перекидыванием “волана” я готов был играть долго. Совсем не английский “смол толк”. Про погоду тут не будет.
Джеймс рассмеялся, выпустил кольцо дыма.
— Мне говорили, что вы настоящий самородок. Чистое золото. 999-й пробы.
— Кто же говорил?
— Барон Фредерикс
— Министр царского двора??
— Он
Легкость с которой Ротшильд сдал своего информатора поражала. Мы для них все, включая “черчиллей” тут пешки. Да… разговор явно не будет легким.
Глава 13
— Зачем вот это?
Я кинул на стол беседки Таймс с открытой статьей про меня.
Ротшильд выпустил еще одно кольцо дыма. Хорошо, что не в лицо. Или он так издевается?