— Удобно, — отмечаю я. — Люблю частные мероприятия.

Лайт кивает в сторону горнила:

— Иди.

Я становлюсь так, чтобы расправить плечи и не задеть их локтями — «три шага» они контролируют. На самом деле не «три», а «два и половина»: как только я выхожу за полуокружность, я попадаю в поле Франса. Ну и ладно.

— Используй свой атрибут. Твоя паутина имеет высокое сродство с пламенем. А значит и его мощь будет не таким.

— Есть, — говорю я.

Я вытягиваю левую ладонь к кромке. Из центра ладони выходит нить — тонкая, тёмная. Разветвляется на десятки, сотни волосков — паутинка. Она накрывает переднюю кромку огня, цепляется за неё корешками. Внешне это похоже на тонкий туман, натянутый через пламя. По ощущениям — будто держишь на руках тяжёлую животину, которая пытается уйти обратно в логово.

Сеть держит ровно три секунды. На четвертой сгорает — не догорает, а просто исчезает, словно её съели и забыли. Я отнимаю ладонь. От запаха и жара глаза не режет — здесь не «огонь», здесь другое. Здесь вес. И этот вес я чувствую костью.

— Уже неплохо, — говорит Лайт. — Для «Воина» уж точно.

«Для создателя Системы — стыдно», — отвечаю я про себя и снова запускаю сеть. На этот раз на сантиметр ближе к сфере, вход на долю секунды раньше, выход — позднее. Четыре секунды. Пятая — нет.

— Вновь, — коротко кивает Лайт.

Делаю. Три раза подряд. На третьем дорожка до сферы совсем тонкая, но есть. Я не тяну сферу — прислушиваюсь к реакциям огня. Он не любит длинных касаний, любит короткие «тычки». Я ставлю сеть рывками, как хирурги накладывают шов — шов, шов, шов, пауза, вдох, шов.

— Это и правда может сработать! — кричит Франс, хотя я лишь на процент приблизился к тому, чтобы забрать сферу, но уже выдохся.

Впрочем, у них были свои планы.

Они достают инструменты: Лайт — узкую пластину, покрытую инеем; Франс — кость, похожую на гребень; Илуми — склянку с чем-то густым и тёмным. Прикладывают к запястьям, и аура идёт в меня.

Эти придурки что, передают мне свою ауру⁈

Обычного «Воина» от такого вывернуло бы наизнанку. Может быть не сразу, но со временем уж точно. Меридианы лопнули бы, ядро взвилось и распалось.

Другими словами, только что они подписали мне смертный приговор. И они никак не могли об этом не знать.

Я же открываю клапаны — о которых они не знают, потому что никто кроме меня не проектировал «человека под систему» — и принимаю. Показательно морщусь, по-хорошему дрожу, пальцы играют, как у того, кто вот-вот «перенапряжётся». Им нравится: видно, что я стараюсь, «хороший мальчик». А я коплю их ауру.

Сеть теперь держится семь-восемь секунд. Результат значительно лучше. И я даже успеваю чуть сдвинуть сферу. На радость старикам.