На меня с двух сторон обваливаются стены — не ледяные, а законы, что по их мнению запрещают мне дышать, двигаться и быть. Меч режет их как бумагу. Потому что режет не материю.
Над головой — тень. Низкий гул, будто кто-то играть начал на органе. Я вскакиваю в воздух, крылья врубились, и у меня под ногами формируется ступенька из наледи, которую я ещё секунду назад «перенастроил» в упругое. И только тут я вижу его.
Если медведь был «приветствием», а стражи — «приемом», то это — вполне можно назвать «прощанием». На небосводе плывёт рыба. Не кит и не щука. Рыба-узор, километровая, которая порождает за собой тропу замедления. Где её тень — там время вязнет, как мёд на холоде.
[Рыба Душ Льда. 50 уровень]
А вот это уже серьезный противник.
Глава 33
— Красиво, — сказал я, глядя, как над равниной опускается туша ледяной рыбины. — Но хватит.
Она шла по ровной траектории, пасть раскрыта, по краям — зубчатые наросты. Если пропустить — придавит и вмораживает в пол. Я сложил Покров Дракона на долю удара, сбросил высоту и скользнул по льду. Правая ладонь вперёд — Пламя Жар-Птицы собрало́сь в плотную синюю спираль. Я бросил её прямо в горло противнику и остановил на нужной глубине. Внутри всё было устроено верно: рёбра-перегородки, тяга, пустой ход. Я не раскручивал спираль — зафиксировал и позволил жару впитаться в плоть. Сначала края почернели, потом прогнулись, и через несколько секунд рыба раздулась изнутри и разлетелась на крошку. На землю легла лишь мелкая пыль.
Рано расслабляться. Впереди нарастал шум — ледяная равнина поднималась буграми и трескалась: на меня катились три новые цели.
Первая — широкая шестилапая тварь, корпус прижат к земле, суставы — шарниры из спрессованного инея. Вторая — стая шестигранных птиц, больше двадцати особей, с кромками крыльев, острыми как ножи. Третья — ползущая полусфера, явно собиралась накрыть и заморозить всё вокруг.
Я поставил левую ладонь на лёд.
— Корни Хранителя.
Лёд потемнел и пошёл трещинами. Из них вырвались корни — чёрные, живые, цепкие. Они поднялись невысоко, образовав частокол на границе ближней зоны. Птицы пошли в пикирование — первая, налетая на корни, сбилась и потеряла крыло. Ещё три зацепились и рухнули рядом. Остальные перестроились выше. Ладно, потом разберёмся.
Шестилапая уже была под боком. Она попыталась хлопнуть передними «ножницами» по моим коленям, но я шагнул навстречу, ушёл корпусом и вогнал синий клинок в один из шарниров. Сустав потерял форму и отвалился, тварь завалилась на бок. Хвост, длинной в шесть метров, ударил — я перерубил основание, и тот рассыпался в крошку. В грудной клетке монстра висел камень-звезда; я просто снял его и бросил корням — те стянули лапы и добили остатки твари.