Максим поднял дрожащую руку. Перед ним в воздухе развернулась полупрозрачная голубоватая панель его личного интерфейса. Он неуверенно ткнул в иконку инвентаря.
Передо мной предстало всё его добро. Несколько буханок хлеба. Тридцать банок тушёнки. Бутыли с водой. Две простых аптечки. Смена белья, тёплые носки, пуховик, шарф и шапка. Пара десятков энергетических батончиков. Всё самое простое, взятое из общего раздела Хранилища. Ничего ценного, даже кристаллов мало.
Я хмыкнул.
— Подготовились, значит. Плохо, но подготовились.
Отошёл, давая ему закрыть своё жалкое окно.
— Нас не так поняли! — вдруг выкрикнул Сталкер. — Мы просто хотели… поговорить! Обсудить! Вы сами виноваты, что так получилось!
— Да! Мы за демократию! — подхватил Максим, обретая голос. — Ты не имеешь права так с нами!
Я поднял руку. Они мгновенно замолчали.
Посмотрел на деда Василия и кивнул. Старик понимающе крякнул, опустил ружьё и скрылся внутри будки. Через мгновение от ворот раздался гул электропривода. Массивные ворота дрогнули и поползли в сторону, открывая чёрный провал ночной дороги, ведущей прочь из отеля.
Четвёрка заговорщиков смотрела на это с ошарашенным недоумением.
— Уходите, — спокойно сказал я.
Они повернулись ко мне с полным ступором на мордах.
— Что? — переспросил Фрост.
— Я говорю, уходите, — повторил я. — Фракция «Ратоборцы» — это не тюрьма. Участие в ней сугубо добровольное. Не нравится, дверь вон там. Никто никого не держит.
С этими словами я открыл свой интерфейс. Список членов фракции. Нашёл четыре имени.
Исключить из фракции: Максим Орлов?
Да/Нет
Я нажал «Да».
Исключить из фракции: Frost?
Да/Нет
И опять «Да».
Gandalf
_
the
_
Grey
?
И снова «Да».
Stalker?
И всегда «Да».
Идиоты дёрнулись, когда перед их глазами вспыхнули системные уведомления.
ВНИМАНИЕ! Вы исключены из фракции «Ратоборцы» по решению лидера Алексея Иванова!
Все привилегии — доступ к пространственному складу, фракционному чату, общей карте — исчезли в одно мгновение. Теперь они сами по себе. Четыре придурка в мире, который не прощает слабости.
Ворота полностью открылись, но никто из них не двигался. Они смотрели то на меня, то на манящую и одновременно пугающую темноту за воротами. Страх и нерешительность сковали их. Гордость, которая толкала их на бунт, испарилась, оставив лишь животный ужас перед неизвестностью.
— Ну? — подтолкнул я. — Дорога свободна. Ваша свобода, за которую вы так боролись, ждёт вас. Идите.
Первым не выдержал Гэндальф. Он сделал шаг, потом второй и, сорвавшись на бег, бросился прочь, в темноту. За ним, помедлив секунду, последовал Сталкер. Фрост бросил на меня взгляд, полный ненависти и страха, но тоже побежал.