Черничка позади них издала низкое «щ-щ-щёлк». Её передние лапы подогнулись, хелицеры раздвинулись. Паучиха не нападала, но готовилась к атаке.

Шерсть на кошке встала дыбом, но не от страха, а от энергии, распиравшей маленькое тельце. Контуры животного начали плыть, размываться, словно кто-то плеснул водой на акварельный рисунок. Размеры увеличивались. Лапы удлинялись. Спина выпрямлялась, расправлялась, теряя кошачью грацию и обретая человеческую стать. Хвост втянулся, растворился в голубом мареве.

— Она растёт! — выкрикнула Олеся. — Она превращается!

— Да вижу я, бежим отсюда! — бросил мальчик, хватая её за рукав, но приручительница не двинулась с места.

Голова кошки менялась: вытянулась, уши стали округлыми и съехали пониже, нос стал человеческим, губы тоже человеческими. Шерсть исчезала, оставляя вместо себя гладкую, чуть бледную кожу. Вспышка, и голубое сияние погасло так же внезапно, как и появилось.

На ковре, на том месте, где только что находилась трёхцветная кошка, стояла девушка. Лет восемнадцати-девятнадцати. Короткая стрижка, острые скулы, аккуратный нос. Обычные джинсы, простая бежевая кофта с длинными рукавами. Ничего необычного. Если бы не глаза — те же самые, изумрудные, с вертикальными щёлочками зрачков. Они постепенно округлились до человеческой формы, а потом девушка моргнула, и всё прошло. Глаза тоже стали обычными, серыми.

Над её головой вспыхнула полупрозрачная системная надпись, которую Олеся и Никита прочитали одновременно:

Катя — Уровень 3

Девушка строго посмотрела на детей и заговорила. Вернее, зашипела. Тихо, яростно, почти как кошка несколько минут назад.

— Вы… — её голос срывался от с трудом сдерживаемого негодования. — Вы вообще нормальные⁈ Носитесь за мной по всему отелю! Орёте! Паучищу своего на меня натравили! Я вам что, игрушка⁈

Олеся замерла с открытым ртом, потом моргнула. Её глаза горели таким восторгом, словно она только что увидела не разгневанную девушку, а как минимум ожившего дракона.

— Ты… ты… — пролепетала она, — ты оборотень⁈

Катя застыла. Брови сдвинулись к переносице.

— Что? — переспросила она ледяным тоном.

— Оборотень! — счастливо выпалила Олеся, совершенно не замечая перемены в её настроении. — Как в фильмах! Ты превращаешься в животное! Это так круто! Я всегда хотела увидеть настоящего оборотня! Ну, то есть, я уже видела! Но Гончие совсем другие! Они злые, а ты своя! А ты в кого ещё умеешь? Только в кошку? Или в волка можешь? А в птицу? А в паука? Представляешь, если бы ты превратилась в паучиху, как Черничка, только в маленькую! Вот было бы здорово!