Катя сделала глубокий вдох. Потом ещё один. Её пальцы сжались в кулаки, а потом резко разжались. Она расправила плечи и посмотрела на Олесю таким взглядом, каким учительница смотрит на нерадивую ученицу, сказавшую несусветную глупость.

— Я не оборотень, — произнесла она раздельно, чеканя каждое слово. — Я пе-ре-вёр-тыш. Поняла? Перевёртыш! Это совершенно разные вещи. Оборотни меняются под влиянием луны, теряют контроль, впадают в звериное безумие и вообще являются продуктом дешёвых ужастиков и деревенских баек. А перевёртыш — это сознательная трансформация. Дар. Я управляю процессом. Я — это я, в любом облике. Усвоила?

Олеся закивала так быстро, что её коса запрыгала. Она не стала объяснять тётеньке про Гончих, это сейчас вообще не важно!

— Усвоила! Перевёртыш! Это ещё круче! Так ты только в кошку можешь? А когда превращаешься, одежда куда девается? Вот сейчас на тебе джинсы и кофта, а когда ты кошка, они что, исчезают? Или становятся шерстью? Или они внутри тебя?

Катя зажмурилась. Потёрла переносицу пальцами. Никита заметил, как дрогнул уголок её губ. То ли в усмешке, то ли в нервном тике.

— Это… не твоё дело, — процедила она, открывая глаза. — И вообще, дайте пройти.

Она попыталась обойти детей, но Олеся шагнула в ту же сторону, преграждая путь.

— А почему ты убегала? — не унималась девочка. — Ты же живёшь здесь, в общине! Я тебя видела раньше! Ты работаешь в прачечной, да? Ой, а ведь кошки воду не любят! Как ты стираешься?

— Стиральной машинкой, — фыркнула Катя.

— Почему ты никому не говорила, что умеешь превращаться? — наседала Олеся. — Это секрет? Слушай, я никому не скажу, честно-честно! Только дяде Лёше. Он должен знать. Он же у нас главный по всяким таким штукам. И вообще по всем штукам. Он тебя точно не обидит. Наоборот, обрадуется! Он любит, когда появляется что-то необычное. Сразу начинает придумывать, как это использовать. Ты не бойся, он хороший, и найдёт для тебя подходящую работу!

Катя резко выдохнула и полосонула по девочке таким взглядом, что Никита напрягся. «Тётка точно нехорошая», — решил он.

— Вот поэтому я и не спешила рассказывать! — вызверилась она. — Я не хочу, чтобы меня использовали! Я не ресурс, девочка. Я человек. И хочу, чтобы меня воспринимали как человека, а не как полезную функцию. Мне не нужна «работа от дяди Лёши». У меня уже есть работа. В прачечной. И меня она устраивает. Я не хочу быть чьим-то проектом. Не хочу, чтобы меня изучали. Не хочу, чтобы меня заставляли превращаться по команде.

Она обошла Олесю, на этот раз решительно, почти оттолкнув. Девочка не стала удерживать. Она смотрела вслед удаляющейся фигуре со сложной смесью эмоций на лице. Разочарование, любопытство и какое-то новое, только зарождающееся понимание. Катя шла по коридору, чеканя шаг.