Берсерки насадили на сваю тяжёлый стальной оголовок с проушинами, зафиксировав штифтом. В проушины вставили два длинных лома. Взявшись за их концы, они упёрлись и начали вращать, превратившись в единый механизм. Стальная свая со скрежетом и хрустом вгрызлась в плотный грунт.

Я заранее осмотрел берег. Он оказался укреплён профессионально. Бетонные плиты уходили под воду, образуя надёжную стену, а выше находились массивные габионы, проволочные короба, набитые крупным камнем. Бывшие хозяева явно не хотели, чтобы их участок сполз в реку. И это нам сейчас только на руку.

— Хорошо идёт! — крикнул Борис, упираясь ногой в землю. — Ещё пол-оборота!

— Ага, как в масло вкручивается! — отозвался Медведь, налегая на рычаг. — Лёхины сваи вещь!

«Не в сваях дело, — подумал я. — А в силушке богатырской».

Берсерки успели полностью восстановиться после ранений, пообедали и помылись, так что теперь поигрывали мышцой и бурлили энергией, которую требовалось направлять. Желательно, в мирное русло.

Звонкий системный сигнал отвлёк меня от созерцания их трудового подвига. Я специально настроил оповещение, чтобы не пропускать готовность изделий. «Верстак» в очередной раз закончил работу.

Изготовлен предмет: «Секция забора».

Получено опыта: 100 × 3 = 300

— Мужики, ловите! — крикнул я.

Берсерки, оставив рычаги, тут же подбежали ко мне. Я мысленно подтвердил получение. С характерным сиянием из воздуха материализовалась массивная секция забора. Не какая-нибудь сетка-рабица, а решётка из прутьев толщиной в два пальца, сваренных в жёсткую раму. Каждый прут заканчивался пикой, заточенной так, что муха сядет — пополам разрежется. Вес одной такой секции переваливал за сто пятьдесят килограммов.

Решётчатая рама качнулась, угрожая рухнуть в грязь, но четыре могучие руки тут же подхватили её.

— Опа! Взяли! — крякнул Борис. — Хороший металл, тяжёлый.

— Прям с пылу с жару! Как пирожок, только остывший! — подхватил Медведь, не замечая противоречий в собственных словах.

— Несите к остальным, — скомандовал я.

Берсерки с довольными улыбками, потащили тяжёлую секцию к импровизированной стапельной площадке, где уже лежали восемь других, остывающих сегментов. Я перебросил следующую партию заготовок на «Верстак». Один из «Тиглей» как раз закончил работу, так что я закинул в него очередную порцию металла прямо из инвентаря. Голографический горн вновь наполнился сталью, и процесс пошёл по новой.

— Не жарковато тебе, командир? — раздался девичий голос сбоку.

Я повернулся и посмотрел на Искру.

Она расположилась чуть поодаль, в зоне барбекю. Вытащила пластиковый шезлонг на улицу, устроилась в нём, накинув на плечи куртку, и листала какой-то глянцевый журнал, найденный в доме. Рядом, в костровой чаше, уютно потрескивал огонь, облизывая пару поленьев. Пиромантка развела его чисто «для настроения», как она сама заявила. Потому что тепла здесь и без открытого огня хватало с избытком.