сама Екатерина. Такова была алхимия верности. Она протягивала любовь как приманку. Елизавета действительно любила свою мать. Ее любовь к Екатерине и желание заслужить одобрение матери были главной константой в ее жизни. Теперь Екатерина подвергла эту привязанность проверке. если Елизавета любит свою мать, она сделает так, как ей говорят, и наступит то, чего всегда желала Елизавета. Мир дома. Одобрение Филиппа. Божье благословение. И, конечно, неизменная любовь ее матери. Ни много ни мало, королева-мать говорила то, чего хотела и Елизавета. 4. Возвращение Франция, Испания, Шотландия, Англия, 1561 «Я обрела покой благодаря тому, что король Наварры теперь выказывает мне любовь и смирение, – ликовала успокоенная Екатерина в письме Елизавете в конце мая 1561 года. – Заверяю тебя, он не мог бы быть более послушным, даже будь он мне сыном». Когда она поняла, что Елизавета в Испании не справляется, Екатерина предприняла собственные шаги во Франции. По распоряжению королевы-матери в дело вступила ее подруга и родственница по линии Бурбонов, исключительно дипломатичная мадам де Монпасье. Именно мадам де Монпасье помогла убедить Антуана де Бурбона стать генерал-лейтенантом, когда на французский престол взошел Карл IX, объяснив ему, что лучше работать с Екатериной, чем против нее. Теперь, еще раз, добродетельная матрона просто не могла подвести Екатерину. Разумеется, продолжила Екатерина, Елизавете все равно следует убедить Филиппа II сделать одолжение королю Наварры, просто чтобы он оставался счастливым [500] . Всего через несколько дней Елизавета прислала самые лучшие новости, на какие только могла надеяться Екатерина: месяцы тайных переговоров о свадьбе Марии Стюарт с доном Карлосом закончились ничем. Каким-то образом Филипп обнаружил, что Екатерине стало известно о планируемом браке. Теперь, желая сохранить лицо, он сделал вид, что ничего не знал. «Он услышал, что ты считаешь, будто [де Гизы] обсуждали брак их племянницы с инфантом. Он заверил меня, что все не так. Он приказал мне сказать тебе, что на самом деле он желает выяснить происхождение этого слуха… Я сказала ему, что ты ничего не говорила мне об этом, и я не думаю, что ты подозревала подобное». Елизавете становилось все легче лгать [501] . Поскольку все сделали вид, что ничего не знали, оба королевства могли двигаться дальше – их союз сохранил устойчивость. На самом деле Филипп отказался от этого брака по нескольким соображениям. Во-первых, он не решился ставить под удар положение де Гизов в совете короля