Он видел, что у меня нет ни капли страха, хотя я был раза в два меньше него. Это его пугало. И не зря.

Между пальцами я вертел тонкую склянку с мерцающей жидкостью внутри. Когда расстояние между нами сократилось до десяти метров, швырнул ее в пол между этими двумя. Слабое стекло лопнуло, и раздался легкий хлопок. Стражников мгновенно окутало прозрачное мерцающее облако, наполненное спорами Cornufungus profundus. После первого же вдоха оба охранника мешками упали на пол. На их лицах расплылись глуповатые улыбки, с уголков губ потекли слюни.

— Что ты с ними сделал? — спросил Славик, перешагивая тела.

— Отправил в лучший мир. Ненадолго.

От входа в логово Воронова коридор расходился еще в две стороны. Я огляделся, приметил несколько дверей вдали, а затем выбил ногой ту, что вела к Лизе.

Внутри оказался большой, погруженный в полумрак, кабинет. Он был заставлен изысканной, даже чересчур помпезной и дорогой мебелью. Слева резные шкафы с дорогими реликвиями вроде древних ваз или посуды, следом несколько старинных мягких диванов. С другой стороны то же самое, только за стеклянными дверцами секретеров стояли батареи бутылок. Наверняка эти напитки стоили целое состояние. Воронов баловал себя.

Сам Давид сидел в большом кресле, больше похожем на трон, в противоположном конце вытянутого помещения. Мягкий, похожий на траву ковер устилал пол. На нем, у ног Воронова, томно лежала, опираясь на локоть одной руки, а вторую мягко положив на голое бедро, Лиза в золотом бикини и с ошейником на шее. Ее лицо было безмятежным и счастливым.

Она под действием эликсира любви Воронова.

Поводком от ее ошейника в своей правой руке игрался Давид, закинув ногу на ногу.

— Исаев! — воскликнул он, приветственно поднимая руки. В другой он держал свою трость-атманит. — Наконец-то мы вновь встретились!

Из коридора позади донесся топот множества ног. Тех самых, полагаю, что я заметил в полосках света за соседними дверями. С десяток людей Воронова вбежали в кабинет и полукругом обступили нас со Славиком, захлопнув за собой дверь. Видя их через плечо, я подмигнул брату Лизы. Воцарилась неприятная тишина, от которой у меня во рту появился кислый привкус.

Вдруг уловил боковым зрением, как у Славика что-то появилось в руке. Я обернулся полностью и увидел направленный на меня пистолет без дула. Таким как-то Роман хотел меня «оживить». Кажется, он назвал его шокер или как-то так.

— Где ты его прятал? — спросил у брата Лизы.

Вместо ответа шокер издал легкий щелчок, и в мою сторону вылетели две иглы на нитях. Впились мне в грудь, затем мое тело сотряс страшный удар. Боль, словно в меня плеснули кислотой, обожгла кожу. Все мышцы разом начали сокращаться, и я не мог ничего поделать. Просто упал, потеряв контроль над телом, на мягкий, словно первая весенняя травка, ковер.