Пробившись сквозь засеку в узкой долине противник отправил две трети сил своей ромейской пехоты на склоны, где они строили небольшие укрепления в которых удобно сидеть в обороне, а оставшаяся треть ромеев принялась рубить колья коими была утыкана вся долина.

Собственно, их даже рубить не требовалось, достаточно было усилий двух человек, чтобы их расшатать в земле и выдернуть, ведь делались они для земли и ямы слишком глубоко не копали…

Партизанская тактика из-за этих укреплений на вершинах склонов тут же дала сбой. Чем-то продвижение противника Русу напоминало то, что советские войска делали в Афганистане, ставя опорные пункты в горах вдоль дорог. Взять их можно, но с весьма немалыми потерями, так что и смысла в их штурме нет. Противник успеет подготовиться к обороне, так что фактор внезапности исчезает.

Склоны, кстати, тщательно обследовались, противник явно опасался той подляны на какую попался в прошлый свой зимний заход, но в этот раз склоны были чистыми от эрзац пушек или скорее даже мин направленного действия.

Так, двигаясь медленно и методично противник к середине июля оказался под стенами Русгарда в котором засел князь с десятитысячным войском для обороны. Остальные отошли на север в горы ибо в небольшом городке-крепости больше было просто не поместиться, да и не нужно больше.

38

Подойдя к Русгарду армия противника обустроившись начала готовиться к штурму. Ромеи принялись за сборку осадных машин, а степняки ща сбор древесины, как в качестве топлива, так и для фашин. О том, чтобы сделать таран и попытаться выбить ворота, после чего ворваться внутрь, не могло быть и речи. Ворота в Русгарде все были железными, так что противнику требовалось либо пробить брешь в стене, либо взобраться на нее по лестнице.

Выбрали сначала первый вариант. Все-таки «лестничный» штурм это очень больше потери при отсутствии хоть какой-то гарантии успеха.

И вот стоило только ромеям собрать машины на основе торсионов — баллисты, этакие гигантские арбалеты на раме, как они подверглись обстрелу со стороны осажденных.

Пороховая артиллерия пока молчала, тратить драгоценный порох на уничтожение вражеской осадной машинерии Рус посчитал расточительством, когда есть другая возможность.

— Бей!

Полетели бетонные ядра, да не простые, а полые и в полости плескалась серная кислота. Увы, Рус хотел бы долбануть напалмом, но увы, все никак не мог получить доступ к нефти. А вот кислоту, более-менее достаточной концентрации он получил, вот и пулял по врагу тем, что под рукой имелось.

На каждой башне, что имелась в оконцовке «лепестка» города крепости, стояло по три таких же баллисты, слегка усовершенствованных по китайскому примеру. То есть имелось не два плеча, а четыре сгибающиеся навстречу друг другу, что обеспечивало увеличение мощности выстрела в полтора раза, соответственно и дальность.