Пошла вторая волна, за ней третья.

Командующий ромеями наконец осознал, что такими темпами потеряет слишком много людей и в итоге сделал перерыв до ночи. И вот ночью все продолжилось. Брошенные на землю перед стеной факелы помогали стрелкам слабо, кроме того усилилось противодействие со стороны авар, так что ров потихоньку заполнялся фашинами и к утру его забили так, что человек вполне уверенно мог пройти. Впрочем, поверх навала из фашин положили мостки из длинных священных между собой жердей.

— А вот теперь будет кровища… — прошептал Рус, увидев готовящиеся к штурму подразделения противника.

Часть вражеских солдат приготовились нести лестницы, да не привычные из двух длинных жердей с поперечинами-ступеньками, а такие, по которым могло взобраться наверх сразу по три-четыре человека в ряд одновременно. Спихнуть такие не самая простая задача, тем более, что их от такого процесса со стороны обороняющихся уберегают с помощью шеста-упора.

Сделали по залпу баллисты, но без особого результата, снесло несколько человек, но остальные дотащили лестницы до стены и стали ее к ней пристраивать под обстрелом со стороны лучников. Тут несуны лестниц потеряли прилично народу, но лестницы все-таки поставили и закрепили.

Рванула в атаку штурмовая ромейская пехота.

— Огонь!!!

Бах! Бах! Бах!

Рявкнули пушки посылая в густую толпу стальную картечь. Первые ряды слизнуло как корова языком.

Штурмующие как бежали вперед, так же стремительно понеслись назад, разбегаясь во все стороны, теряя по пути щиты, оружие и шлемы.

Убитых оказалось не так уж и много, всего-то с пару сотен, ну еще раненых хватало, но тут больше сработал страх перед неведомым. Так что первый приступ был легко отбит и теперь осталось только гадать, когда состоится второй.

Лестницы тем временем втащили наверх, лишние дрова не помешают.

39

Три дня стояла тишина, комсостав авар и ромеев усиленно думал над проблемой и приводил в чувство войска, там даже казнили путем повешенья несколько десятков человек из числа особо строптивых, точно не подсчитать из-за неудобного ракурса и дальности, видимо неудавшиеся дезертиры.

Попытку штурма повторили, только на этот раз не днем, а в ночь, но с прежним результатом, хватило одного залпа и штурмующие вновь с паническими воплями стали разбегаться во все стороны. На утро виселиц добавилось, причем судя по всему повесили на этот раз как бы не больше народу чем погибло во время приступа от картечи.

Третий штурм подгадали под дождь еще через пять дней. А дождь получился знатным, ливень такой что не видно ничего дальше трех метров.