— Хорошая попытка, — оценил Рус.

Противник двигался в тишине, шум дождя скрыл прочие звуки, что издавали штурмующие, они в последнем рывке даже смогли приставить лестницы к стенам и начать взбираться. На этом собственно все. Встречный залп вдоль стен и все, кто там стоял легли, кто мертвый, кто раненый, лестницы тоже в хлам разбило и взбирающиеся рухнули вниз, переломав себе кости.

— Что на этот раз?

Вообще Рус надеялся, что после трех неудачных попыток, противник, осознав тщетность подобных штурмов, отступит, но он недооценил упорство авар.

«Ну да, не они же под картечь ходят, так что можно и поупорствовать пока ромеи не кончатся, — с невеселой усмешкой подумал он. — И при этом неизвестно отчего они кончатся быстрее, от картечи во время штурмов или на виселицах все повиснут просушиваться».

Это да, количество виселиц прибавилось, причем намного. Целый лес из виселиц появился.

— Децимацию они там что ли устроили? — удивился князь.

Как позже выяснилось имело место быть массовый прорыв дезертиров не желавших подыхать от адского пламени, но он по определению не мог быть удачным. Авары жестоко наказали всех уцелевших бегунков, повестив около двух тысяч человек, это при том, что порубили раза в два больше.

В итоге получилось, что во время трех попыток штурма погибло меньше тысячи штурмующих, зато сами авары так или иначе перебили порядка семи тысяч. С учетом санитарных потерь выходило, что ромейская пехота уполовинилась.

Понимая, что если так и дальше пойдет, то скоро останутся без ромейских пехотинцев и на стены придется лезть самим, великий каган Баян крепко призадумался. Требовался какой-то необычный шаг, что нивелирует изрыгающие гром, огонь и сталь штуки.

— Господин, если позволишь, у меня есть мысль, как можно попробовать заставить замолчать их адские громыхалы, — сказал один из ромеев, из числа командиров, славянского происхождения, по имени Коман, утверждавший что он сын самого Пана.

Под его началом находились все славяне, что удалось рекрутировать, по факту в принудительном порядке, плюс рабов из славянских племен ему спихнули.

— Говори. Если твой метод сработает, то я щедро тебя награжу. Сделаю тебя главой того, что останется от города. Но город это — тьфу. Главное, что ты станешь добывать для меня железо, и станешь моим тарханом.

— Благодарю, за поистине императорский подарок и я рад служить великому кагану, — подобострастно склонился Коман.

— Говори!

— Господин, нужно сделать следующее…

Противник преподнес неожиданный сюрприз, опасность которого не сразу удалось понять. Так, авары таскали конями цельные деревья из леса и складывали их в огромные кострища, словно хотели провести кремацию всех повешенных разом. И действительно, полуразложившиеся трупы сняли с виселиц и покидали сверху. Вот только при этом чего-то ждали.