— Вы видите моего отца?

— Что?

— Мой отец… он где-нибудь поблизости?

Я окинул взглядом поле. Пусто.

— Нет. Не наблюдаю.

— Хорошо.

Она быстро подошла и впилась в мои губы поцелуем. Страстным, отчаянным. Я обхватил ее, отвечая не менее пылко.

— Увидимся утром, — сказала она, поворачиваясь, чтобы уйти. Оглянулась через плечо и одними губами произнесла. — Князь.

Но той озорной искорки, что плясала в ее глазах вчера, сейчас не было. Она опустила голову и ушла, оставив меня наедине с этой чертовой пушкой и перспективой ночного рандеву с гигантской волчицей.

Я сказал им, что все будет хорошо, что мы увидимся завтра. И я в это верил. Риск был огромен, но отступать не в моих правилах. Эта тварь сама напросилась.

Прошли часы. Ночь опустилась на землю, густая и чернильная. Гарпунная пушка стояла наизготовку, мешок с остатками волчьих туш лежал у моих ног. Все остальные укрылись в доме Тихомира и Росьяны. Мне оставалось только ждать.

Солнце давно скрылось за горизонтом, тени слились в единое темное покрывало. В доме погасли последние огни.

Тяжелая и давящая тишина нарушалась лишь редкими шорохами и треском веток в лесу. Там явно кто-то крупный пробирался сквозь чащу.

Я неотрывно следил за кромкой леса, поворачивая пушку на каждый подозрительный звук, пока не услышал знакомый глухой удар. С востока. Точно оттуда, где мы утром выкопали останки. Те самые, что сейчас служили приманкой.

Последовала серия коротких, хаотичных ударов, а затем тишина. Лес замер. Даже ветер, казалось, затаил дыхание.

И тут раздался вой. Протяжный, леденящий душу. Словно выли тысячи глоток, но я знал, что это она. Та, что пришла за мной.

Едва последний отголосок воя затих в ночи, земля задрожала от тяжелых шагов. Они приближались, становясь все громче и отчетливее.

Ладони вспотели, крепче сжимая рукоятки пушки. Я вглядывался в темноту, и вот появилась она. Огромная туша вырвалась из-за деревьев и понеслась прямо на меня.

Я навел гарпун. До нее составляло шестьдесят метров.

Пятьдесят.

Тридцать.

Дёрнул за рычаг активируя механизм.

БУМ.

Отдача была чудовищной. Пушка называлась «Злобная» не для красного словца. Меня тряхнуло так, что едва устоял на ногах, но я был готов.

Гарпун вонзился в волчицу с глухим, утробным хрустом. Огромная туша рухнула, пропахав носом землю, и заскользила по траве прямо ко мне.

Я отскочил от пушки, одновременно выхватывая меч. Готов к тому, что эта тварь сейчас вскочит и попытается оторвать мне голову.

Но тело лишь слегка подергивалось. Гарпун торчал из нее, но с такого расстояния я не мог разобрать, куда именно он угодил.