Но не успеваю дойти до лестницы, как скрипит дверь.

Открывается медленно, будто в ужастике. В проёме — Акталь. Белая пижамка, пушистые тапки, кудряшки в разные стороны, глаза — как две луны.

— Сава… — испуганный лепет. Наверно, кошмар приснился девочке. И немудрено после плена у Детей Солнца.

— Тсс… — шепчу я. Поднимаю палец к губам, подхожу, беру за руку и веду за собой.

Она, успокоившись, кивает. Идёт, послушно, перебирая ножками в больших тапулях.

В библиотеке я беру железную линейку. Стандартная, двадцатисантиметровая. Потом — на улицу. Пробираемся вдоль стены, пригибаясь, как в шпионском фильме. Подвальное окно лаборатории. Наклоняюсь, вставляю линейку между рамой и замком — щёлк. Готово.

Внутри — полумрак, запах сухих трав и алхимической пыли. И, конечно же, Гера.

Первым делом шипит на Акталь. Вторым — обвивается вокруг моей ноги, как будто метит территорию. Вот именно с ней и будет проблема. Не даст работать.

— Акталь, возьми камушек из шкатулки… вон той, класной, с замочком. И отдай Геле, — велю я.

Девочка медленно кивает, подходит, выбирает нужный камень. Протягивает змее.

Гера тянет носом, втягивает — и сразу заглатывает камень. Через секунду отвязывается от моей ноги. Медленно, с каким-то показным достоинством, переползает к Акталь и начинает обвивать её вокруг пояса. Та замирает, глаза распахнуты. Не боится, нет, только офигевает.

Я отступаю на пару шагов. Потираю ладони.

— Тепель побудь с ней, — говорю довольно. — Мне плосто нужно было её отвлечь. А то она бы от меня не отлипла.

Акталь поднимает на меня растерянный взгляд. А потом — обиженный.

— Ну, солли, — пожимаю плечами. — Так уж вышло.

Ну да, она мне была нужна для отвлечения. Ничего, потом спасибо скажет, когда поумнеет. А это будет очень скоро.

Разворачиваюсь к полкам. Работа не ждёт.

Достаю ингредиенты. Стул скрипит, когда я пододвигаю его к столу, — всё должно быть под рукой. Один за другим выкладываю: реагенты, флакончики, стеклянные палочки, щипцы, мерные ложки. Всё встаёт на свои места, как в шахматной партии, где я — пусть и не гроссмейстер, но уж точно не новичок.

Делаю всё быстро, чётко, без суеты. Не зря же я ходил с мамой в лабораторию — и не просто таскался хвостом, а с интересом. Впитывал, запоминал: где что лежит, какие реагенты где стоят, в какой склянке что плескается. Тогда я закидывал маму вопросами — по делу и не очень. Потому что уже тогда знал: однажды мне это пригодится. Вот так начну варить микстурку.

Нет, я не мастер зельеварения. Но то, что мне сейчас нужно сварить — я знаю уже дохренища лет. И руки у меня не дрожат.