Сажусь на кровати, потираю лицо руками, стараясь прогнать сонливость.
— Ничего себе…
Час⁈ Принцесса могущественного винландского клана ждала меня час⁈
Хел меня дери, это не к добру.
Приходится торопиться. Я поправляю пижамку, провожу рукой по растрёпанным волосам, приводя себя в порядок, и выхожу в гостиную.
Принцесса Ингрид сидит на краю дивана, спина напряжённая, пальцы сжаты в замок.
Она явно взволнована. Вид нехарактерно растерянный для столь важной особы.
Как только сереброволосая девушка замечает меня, тут же поднимается.
— Княжич Вячеслав Светозарович! — в её голосе напряжение, почти мольба. — Спасибо тебе за то, что ты помог ночью! И, пожалуйста, помоги мне снова… Мне нужно найти ацтеков.
Я приподнимаю бровь.
— Ацтеков?
Она резко кивает, её плечи вздрагивают.
— Да. Это очень важно. Иначе погибнет невинный ребенок.
Глава 19
Оу, тут еще и Рульф стоит, не сразу заметил у стены гиганта из племени Ульфриков. Сегодня телохранитель принцессы тихий, как и должно быть.
Ингрид выглядит очень грустной, но, несмотря на это, сидит с аристократичной грацией — элегантно закинув ногу на ногу, спина прямая, руки сложены на колене.
Дверь снова приоткрывается, и в комнату входит Ефрем. Я даже не поворачиваю головы — знаю, кто это по тяжёлым шагам.
Но Ингрид всё же говорит, не отводя от меня взгляда:
— Мы не можем остаться с княжичем наедине?
Ефрем спокойно отвечает, как всегда без лишних эмоций:
— Фрау Ингрид, прошу прощения за напоминание, но обсуждение дел клана княжича без сопровождения строго запрещено.
Ингрид приподнимает бровь, слегка удивлённо, и переводит взгляд на меня.
Пожимаю плечами:
— Пилдётся потелпеть, флау. Я ещё несовелшеннолетний, а вы, как плинцесса клана Исаэт, имеете плаво вести пелегово… пф, беседу, только в плизутствии кого-то из лодa Опасновых.
Формальности, формальности… Но, надо признать, вполне разумные. Я ведь, формально, всего лишь ребёнок — а значит, типа могу взять и сболтнуть какую-нибудь тайну рода.
Ингрид некоторое время молчит, затем, забыв о существовании Ефрема, поворачивается ко мне:
— Мне нужна твоя помощь, Вячеслав Светозарович.
Я вежливо киваю и отвечаю:
— Чем же могу помочь вам, флау плинцесса?
Она ненадолго задумывается, а затем уточняет:
— Как ты смог опознать того ацтека ночью?
Ефрем при этих словах приподнимает брови, но молчит. Я пожимаю плечами и спокойно отвечаю:
— У него был лубец на щеке — след от литуального каменного ножа ацтеков. Такой используют только в поединках между своими. Если он получил ланение, да ещё такое, что навелняка залила его лицо кловью, значит, скоелее всего, он плоигал плаво быть ведущим жлецом. Он што-нить сказал?