Ну и где носит Рогова? Мог бы и пораньше явиться, думаю, Бережков бы не возражал.
Скоро вечер, а давать этому уроду лишнее время на размышления — а не поотрубать ли Ксюне пальчики? — мне совсем не хочется. Против Сечевика в одиночку лезть не хочу, да и он, похоже, ещё и маг в придачу.
Решаю, что пора проведать девочку. Тот Гридень-наркоман мне совсем не нравится.
Подкрадываюсь к комнате, где держат Ксюню. Осталось всего пару шагов до двери, когда вдруг из глубины завода раздаётся грохот.
Взрыв? Выстрел? Неважно. Главное — началось.
Срываюсь с места, несусь по коридору, не оглядываясь. В ушах гремит кровь, сердце удар за ударом подгоняет вперёд. Снова рушить чужую жизнь.Снова ставить точку.И поделом ублюдкам. Вперёд. Только вперёд. Уже почти влетаю в комнату — и слышу голос. Наркоман, что сидел на стрёме.
Приостанавливаюсь у порога.
— Прости, деточка… — бубнит он. — У меня приказ. Как грохот начнётся, я тебя понемногу резать буду… Чтоб ты погромче кричала, поняла? Босс велел. По кусочку тебя порежу, чтобы визжала на весь завод. Чтоб враг босса слышал, ага…
Я не даю ему договорить. Мгновенно хвата/ «Беретту», поднимаю на уровень груди, захожу в дверной проём.
— Эй, утылок. Не в этот лаз.
Он поворачивает голову, глаза мутные, рот приоткрыт. Но уже поздно. Две поли в лоб. Третья в сердце. Тело валится набок, хлопком ударяется об пол.
Подхожу ближе, смотрю сверху вниз. Обычный Гридень. Не маг. А я уж думал… Ладно, подскакиваю к Ксюне. Она сидит, руки связаны, глаза огромные, но слёзы больше не бегут. Вся на пределе, держится из последних сил, и я это чувствую — она на грани, но ещё не сломалась.
— Сава…
— Дыши ловно, сейчас, — шепчу, достаю нож, быстро срезаю верёвки.
Руки работают сами, механически, времени на аккуратность нет. И тут за спиной раздаётся хриплый голос. Сдавленный, с надрывом:
— Гадёныш…
Всё же маг, значит. Что ж, тем ему будет больнее.
Глава 14
И сразу следом сзади раздается глухой, тяжёлый звук, будто кто-то опёрся о стену, но не удержался и навернулся.
Резко оборачиваюсь. Ну ничего себе! Хел меня дери!
Наркоман жив. Шатается, весь в кровище, башка течёт, но держится. Встает, гад. Глаза бешеные, рот в пене, руки трясутся, но больше не падает. Живучий ублюдок. Маг, значит. Атрибутика Жизни, сто процентов. Вот я и не почувствовал — я ж всего лишь карапуз, чужую Атрибутику тяжело сканирую. А у него ее с гулькин хвост, вот и пропустил. Слабый маг, но заряда ядра хватает на неполную регенерацию. Ладно, надо исправлять положение, а то Ксюня уже испуганно икает, жмётся, глазами цепляется за меня — боится этого наркомана.