* * *

Дома мы с Ксюней сразу несёмся во двор. Нам не терпится в песочницу — песок это сила, песок это возможности. Пока другие дети лепят пасочки, мы творим магию.

Давненько я уже прикончил ту змейку Порядка. Хорошая была подпитка, и надо бы ещё поработать с зверями Порядка. Правда, мама пока не даёт зелёный свет. Она и так в шоке от моих «невинных развлечений» — гранатомётов и миномётов. Так что приходится действовать в рамках разрешённого.

Медитации и влияние Дена как катализатора пока помогают. Значит, будем довольствоваться меньшим. А может, и на что-то посложнее хватит.

Новый эксперимент. Строю небольшой песчаный замок, тщательно утрамбовывая стены ладошками. Ксюня копает ров, затем отбирает у Дена мокрый комок песка. Он решил, что это еда.

Главная часть — проверить Паутинку. Простейшая техника Разрушителя, для взрослого — плёвое дело, а вот для карапуза — испытание.

Я концентрируюсь, чувствую, как энергия тонкими нитями стягивается в кулак, вплетается в песок, ползёт по нему, разрастаясь. Всё срабатывает чётко.

Замок покрывается тонкой сеткой трещин, словно старая пересохшая кожа. Ещё лёгкое касание пальцем — и он оседает в пыль, будто его и не было.

Я доволен. Развитие не застопорилось, всё идёт по плану. Но тут отвлекает неожиданное.

Подбежавший Глинка вдруг принимается облизывать песок. Я уже собираюсь возмутиться — нечего жрать мои руины! — как замечаю его зубы. Огромные. Толстые. Острые. Твёрдые, как булат. Раньше такого не было. Совсем недавно отросли.

Глинка чавкает, поводит ушами, смотрит на меня с таким обожанием.

Рядом появляется псарь, лениво хлопает в ладони:

— Глинка, пошли есть.

Я указываю на пса:

— А пачму у Глинки зубы вылосли?

Псарь Серафим громко смеётся, широко улыбается, показывая свои собственные, не такие уж и острые зубы:

— Так это ж наш Глинка готовится к второй формации, княжич! Мы его кормим зверями Воды, вот и растёт помаленьку! Ладно, Глинка пошли!

О, круто. Глинка тоже развивается. Зубы твёрдые, острые, прямо идеальные резаки. Мне они ещё пригодятся.

Как по расписанию, появляется Матвей.

— Княжич, вот ты где!

Поднимаю взгляд. Воевода стоит с огромной сумкой, глаза блестят от предвкушения. Видно, самому воеводе любопытно, что из этого выйдет. Расстёгивает сумку, опускает руку внутрь и достаёт несколько стеклянных шаров — алхимических пузырей.

— Ирина Дмитриевна сама передала. Будем пробовать, как ты хотел. Взрывать, только уже не банки.

Он расставляет странные пузыри на подставках прямо в песке.

— Это алхимические ёмкости. Взрывай, княжич.

Меня дважды просить не надо. Я всегда рад что-нибудь взорвать.