— Помилуйте, Николай Дмитриевич, — бросился возражать ему командующий 3-м корпусом. — Теплого обмундирования у них нет, да и мы им ничего дать не можем. Мои солдаты уж на что ко всему привычны, а и то не все дошли. А уж европейцев мы и половины живыми не доведем…

— И что с того? — не унимался Тимофеев, успевший за время войны отрастить на союзников огромный зуб. — Любят у нас Европе в рот заглядывать, а по мне, если Лондон с Парижем проклятым завтрева в тартары провалятся, так я и не охну!

— Соглашусь с генералом Реадом, — пресек возникшие среди присутствующих смешки Липранди. — Не стоит проявлять излишней жестокости.

— Тогда пусть прежде хоть завалы разберут, — буркнул старый генерал.

— А вот с этим соглашусь. Прекрасная идея! И завалы, и свои же траншеи пусть засыпают, и снаряды, коих в городе разбросано множество, тоже собирают.

— Я вас услышал, господа! Если позволите, добавлю еще парочку предложений. В первую очередь следует убрать офицеров и генералов. Без них солдаты не более чем неорганизованная масса. Далее, следует отделить из прочих пленников, имеющих востребованные у нас специальности. В первую очередь, разумеется машинистов и кочегаров. Кроме того, мастеровых всех видов. Кузнецов, механиков и всех, кого только сможем сыскать. Работы много и умелые руки лишними не будут.

— А если не согласятся? Все же работать на врага во время войны — бесчестье.

— Предложим выбор между благородным голодом и сытым коллаборационизмом.

— Будет хорошее жалованье, пойдут! — согласился Корнилов. — Только вот…

— Тебя что-то смущает?

— Если составить машинные команды из бывших врагов, не сбегут ли они вместе с трофеями?

— А кто говорит, что их нужно оставлять без присмотра? Разумеется, будем контролировать каждый шаг. Или использовать там, откуда не сбежишь. В Азовском море, например.

— Ваше императорское высочество, позвольте мне изложить некоторые соображения, — поднялся со своего места наш главврач Пирогов.

— Конечно, слушаем внимательно, Николай Иванович.

— Зима на носу, у нас и своих раненых — тысячи после недавних боев, а у противника того больше. Но что еще хуже, у союзников лютует холера, особенно плохи дела у британцев. Медикаментов на всех не хватит, да и мест в госпиталях. Хуже того, теперь, когда нас не разделяет линия фронта эпидемия угрожает распространиться и на нашу войска! По сию пору нам удавалось сдерживать заразные болезни, вводя строгий карантин для рот и батальонов в коих отмечались случи появления инфекции. Но теперь… Мы можем понести потери от побежденного противника во много раз выше, чем прежде было от их пуль и снарядов!