— Истинно так. — кивнул головой Псих. — Коварные враги одолели меня, украли мою силу и заточили меня внутри скалы на долгие столетия. Но, как говорится, нет ничего вечного в этом изменчивом из миров. Сам видишь, свободу себе я уже вернул, верну и силу, дай только срок. И тогда я не забуду тех, кто помог мне в минуту слабости.

— Сила ваша, владыка, стала меньше, но мудрость ваша, как я вижу, по-прежнему безгранична.

И старичок-лесовичок вновь поклонился.

— Я весь внимание, почтенный мудрец. По нормативам я обязан ответить на два ваших вопроса, но из уважения к вам — отвечу на три. Инструкция не догма.

— Я не забуду твоей учтивости, Большой Уссурийский. — ответно поклонился Псих. — И первый вопрос мой будет следующим — что ты можешь рассказать о демоне, укравшем нашего коня?

— Немногое. — с сожалением ответил дух. — Сейчас он лежит на дне в районе фарватера, а это уже не моя земля. Я даже кто он по масти — не знаю, понятно только, что водной породы, реку он знает и понимает. Он не местный и появился здесь совсем недавно. У него нет постоянной территории обитания, он бродяга, кочующий от одного участка реки к другому. Ребята говорили — особенно он любит места возле переправ, не иначе как засаду собрался устроить, наверное, ждет добычи пожирнее. Что еще? В моем районе частенько отирается. На мой остров он вылезал четыре раза. Трижды ловил ворон, на четвертый — утащил в воду вашего коня. С учетом того, что в наших краях он появился всего полторы недели назад, можно сказать — зачастил.

Соседка с острова Кабельный распространяет слухи, что с этим связана какая-то душераздирающая любовная история, но ее слушать — себя не уважать. У нее истории про влюбленных юношей и коварных разлучниц — свет в окошке, они с подружками с утра до вечера их друг другу рассказывают. А если новых не услышит — так сама придумает! Это надо ж было такое удумать — целый роман сочинила! Якобы рогатый этот сюда в компании с писанной красавицей явился, они любили друг друга больше жизни, но жестокие родители не позволили им быть вместе… И вот они стояли на берегу, она, заламывая руки, что-то ему долго и взволнованно говорила, наверное, просила остаться. Но он сказал, как отрезал — мол, нет, нам не суждено быть вместе — и прыгнул в воду. А она в слезах ушла навсегда. И вот он теперь сидит на дне и пытается склеить свое разбитое сердце. Заедая горе, надо полагать, воронами и лошадьми.

И старый гений смачно сплюнул.

— Вот что у этих баб в голове?

— Дай угадаю! — вдруг сказал Псих. — По словам твоей соседки, брошенная красавица была человеком, а не демоном, при этом запредельно высокого уровня и сошедшей на землю с Верхних Планов. Такая вот несчастная любовь между богиней и демоном. Так?