Глава пятнадцатая Валдгейм, Верхние Планы
(в которой все еще сильнее запутывается)
с. Валдгейм,
Еврейской автономной локации
48°41′ с. ш. 132°58′ в. д.
Едва Левый и Правый аккуратно пристроили у стенки первые вязанки с хворостом и пошли в дровяной сарай за следующими, только что храпевший Псих перестал издавать звуки и открыл глаза.
Ни разу не скрипнув кроватью, он легко спрыгнул на пол, щелкнул пальцами и стал полупрозрачным, почти невидимым. Посмотрев на свои частично просвечивающие ноги, обезьян скривился, как будто лимон разжевал, и пробурчал:
— Позорный седьмой уровень умения оставили, гниды. Хорошо, хоть не видит никто эту стыдобу. Ладно, для здешних колхозников сойдет.
Он еще раз щелкнул пальцами, и безо всякого портала перенесся на крышу. Там он мгновенно срисовал уходящих Левого и Правого, и, свесившись с крыши, хмыкнул, увидев подпертую дверь, заложенные окна, и две вязанки хвороста, прислоненные к стене.
— Квод эрат дэмонстрандум! — не то посетовал, не то выматерился он. — Ладно, по крайней мере им хватило ума не врываться к нам с обнаженными мечами и криками: «Запасайтесь гробами, сволочи!». Минут пятнадцать у меня точно есть, дровяной сарай не близко, таскать далеко.
Он опять перенесся в гостевую комнату, посмотрел на мирно спящего Четвертого, прислушался к Драку, храпящему в стойле, и вздохнул:
— Эх, молодость, молодость. Когда поют солдаты, спокойно дети спят. Ладно, пацан, не псы, солдат ребенка не обидит. Не убивать — так не убивать.
Он повесил в комнате фиолетовый портал и прыгнул в него.
* * *
Неизвестно где в Верхних Планах
Офисное совещание было в самом разгаре. Слово «разгар» следовало понимать буквально — атмосфера в комнате была крайне накаленной. Очень недовольный месячными показателями шеф в процессе разноса раскалился добела и сейчас карал виновных и непричастных неиллюзорно и немилосердно. В самый пик экзекуции прямо над длинным столом появилось зеркало портала, из которого вывалился маленький обезьян в оранжевой монашеской рясе и полосатой самопальной меховой шапочке.
Монах непринужденно уселся на столе, по-турецки поджав ноги, помахал начальнику ручкой и изрек без пауз между словами:
— Привет-Кабан-триста-лет-тебя-не-видел-помнишь-ты-мне-должен?
Лицо начальника стало цвета ветчины, и самые слабовольные из подчиненных едва не забились под стол. Но ожидаемого термоядерного взрыва не последовало. Босс на удивление ровным голосом сказал:
— Планерка закончена. Никого не задерживаю, продолжим позже.
Псих дождался, когда возникшая в дверях пробка рассосется и только оставшись с боссом тет-а-тет, подал реплику: