У подъезда, припарковавшись ближе к тротуару, стояла темно-серая «Чайка». Увидев нас, из машины вышел молодой человек в штатском и коротко кивнул.

— Матвей Андреевич, здравствуйте! Меня Петр зовут. Вот, по распоряжению товарища Серебренникова, — он кивнул на «Чайку». — Для вашей безопасности.

— Что это? — не понял отец.

— Так ведь машина, — улыбнувшись, ответил водитель. — Возить вас буду.

— Возить?

— Ну да.

— Куда?

— Как куда? На работу!

— Меня⁈ — отец явно не понимал, что происходит. Он всю жизнь проработал в институте, на работу ходил пешком, а тут вдруг служебная машина с личным шофером? — А почему «Чайка»? Можно было бы и что-нибудь поскромнее.

— Так нет других машин в гараже, — растерялся водитель. — Но я передам ваше пожелание.

Мы с отцом переглянулись и громко рассмеялись. Какой-то тяжёлый груз упал с плеч. Невидимая струна страха окончательно ослабла.

— Отец, это для твоей безопасности, — уверил его я. — Садись. Теперь только так.

— Надо же! — отец вновь глянул на машину, уже с интересом, и довольно улыбнулся. — Меня, и на машине! Ну ладно. Раз сам товарищ Серебренников приказал, пусть и такая будет. Садись, сынок, подброшу до редакции.

Возражать я не стал.

Мы устроились сзади на просторном диване. «Чайка» медленно тронулась, и мы поехали, сопровождаемые удивленными взглядами спешащих к остановке соседей.

— Ну как, пап? — спросил я, когда мы выехали на проспект. — Как дела у вас с Колей? Новости есть?

Отец оживился. Техника всегда была для него лучшим средством избавления от любых потрясений.

— О, еще какие! — он понизил голос, хотя водителя, работающего «в такой структуре» можно было и не опасаться. — Понимаешь, Саш, мы с Колей… мы, кажется, совершили новый прорыв, ТКСС-1 это так, вчерашний день. Мы пошли дальше. Переработали принципиальную схему «Сетей». Убрали несколько лишних каскадов, оптимизировали алгоритм маршрутизации данных. Теперь пропускная способность должна быть в несколько раз выше, а помехозащищенность так вообще на порядок!

Я кивнул, хотя мало что понимал в его рассуждениях, мысленно отдаленно представляя себе эти сухие технические термины в виде будущего интернета, рождающегося в скромной лаборатории.

— А с «ТКСС» всё-таки как? — поинтересовался я, вспомнив, что отец назвал это изобретение, ещё только-только получившее одобрение к массовому производству «вчерашним днём».

— И его не забываем, — отец довольно улыбнулся. — Увеличили ёмкость батареи, улучшили эргономику.

«— Ну, слава Богу, что они не остыли к этому изобретению, — подумал я. — А то многие, из немногих посвященных, уже жаждут получить переносной телефон в личное пользование. А таких людей нельзя разочаровывать.»