— Море, море, мир бездонный, — негромко пел Юрий Антонов.
— Сань! — окликнул кто-то.
Я обернулся и увидел Гребенюка. На плече его висела объемная спортивная сумка.
— Здорово, Серега! Давненько не виделись. Слушай, тебе джинсы не нужны? Дешево!
— А сколько, дешево?
— Восемьдесят… Тебе, как другу, за семьдесят отдам! Да не сомневайся, фирмА. Вон, смотри сам…
Серега вытащил из сумки полиэтиленовый пакет с джинсами. Тот самый почти фирменный «Даллас».
Господи, еще она проблема… Ох, Гребенюк, Гребенюк… Куда ж ты опять вляпался?
Глава 11
Да, с виду вполне себе «Даллас». Но после разговора со Зверевым я смотрел на них уже другими глазами.
— Семьдесят рублей, говоришь? — я скептически окинул взглядом аккуратно сложенные в пакете джинсы. — Серега, ты с ума сошел⁈
— Чего с ума? — Гребенюк смущенно переступил с ноги на ногу. — Фирма, Санек! Посмотри, какая строчка! Какая ткань! Я тебе как другу…
— Ты мне как другу и должен сказать, откуда у тебя это барахло? — я понизил голос, хотя нас все равно никто не слышал.
Юрий Антонов на Серегином кассетнике пел о том, что приедет к морю где зеленеет лето, а у меня перед глазами вставали совсем другие картины: высокий забор с колючей проволокой и вышки с прожекторами по периметру.
— Какое барахло? — насупился Гребенюк. — Да ты потрогай!
— Я уже в курсе, что их у нас в городе шьют, — отрезал я. — В подпольном цеху. И качество у них, как повезет. Одни линяют, у других заклепки отваливаются. Да даже не в заклепках дело.
— Ты откуда знаешь? — Серега смотрел на меня с удивлением.
— Это не важно, — я внимательно смотрел ему в глаза, стараясь говорить как можно убедительнее. — Важно то, что за торговлю этим «левым» товаром тебе запросто могут впаять статью. Частное предпринимательство. А если докажут, что ты знал, что это подделка, но продавал как фирму, так это уже мошенничество. Хочешь вместо ПТУ переехать в колонию-поселение? Или того хуже? И чего тебя во всякие такие сомнительные истории тянет? То пластинки, то теперь вот джинсы…
— Блин, Саня… — расстроился Гребенюк. — Я же не для себя… Денег надо. Мать одна, у нее же пенсия мизерная… Хотел ей помочь, ну, на продукты там, на лекарства… А на заводе, на моем, какие зарплаты, ты ж знаешь.
— Понимаю, — кивнул я. — Но с такой подработкой себе дороже выйдет. Эти джинсы не выход. Мы тебя с пластинками твоими еле вытащили, а тут… В общем, не получится уже тебе отмазаться.
— Что же делать? — спросил Гребенюк, посмотрев на джинсы с опаской.
— Слушай сюда, — решительно сказал я. — Берешь эту свою «фирму», идешь домой, и засовываешь подальше на антресоль. И забываешь, как страшный сон. Понял?