Обошлось без лишних пререканий. Я молча достал из внутреннего кармана красную книжечку Главы Специнспекции ЦК и протянул чекисту. Тот внимательно изучил корочку, мгновенно побледнел и четко взял под козырек.

— Виноват, товарищ Брежнев! — выпалил он, возвращая документ. — Проезжайте.

— Вольно, сержант, — кивнул я. — Мы пешком пройдемся.

Обернувшись к жене, я указал на кромку сухого леса: — Подыши пока свежим воздухом, Лидочка, посмотри места. А я пойду пообщаюсь с пролетариатом.

Осторожно ступая по брошенным в весеннюю жижу доскам, я целенаправленно зашагал к недострою. Руководителя стройки я нашел возле центрального входа, где бригада рабочих с натужным кряхтением монтировала тяжелые дубовые двери. Прораб Матвей Кузьмич оказался мужиком тертым, уставшим, но явно хватким. Он цепким взглядом профессионала быстро оценил мое добротное пальто и блестящий вдалеке «Студебеккер».

Поняв, что перед ним большая фигура из столицы, строитель тут же принял независимый, но почтительный вид.

— Начальство из города? — хрипловато спросил он, вытирая грязные руки о брезентовую куртку. — Отчего же в выходной? Матвей Кузьмич, старший прораб. С проверкой к нам?

— Брежнев Леонид Ильич, Специнспекция ЦК, — я протянул ему руку, не побрезговав строительной грязью. Кузьмич рукопожатие оценил. — Но не с проверкой, Кузьмич. Просто присматриваюсь. С размахом строите!

Прораб тут же приосанился. Гордость за свой объект перевесила настороженность.

— А как же, Леонид Ильич! Правительственный объект, для членов ЦК стараемся. По высшему разряду всё делаем: мрамор, дуб мореный, паркет наборный. На века строим!

— И когда этот дворец сдаете? — поинтересовался я, оглядывая помпезный фасад.

— Практически готов санаторий, — с нескрываемой гордостью доложил прораб. — Сдаем объект уже в конце марта. Остались сущие мелочи: где подкрасить, где проводку дотянуть, да мусор строительный вывезти.

— А дальше что? На новый объект перебросят?

Кузьмич тяжело вздохнул и сплюнул под ноги в глину.

— Если бы… Сдадим — и сядем куковать в бараках. Пока строительный трест новый государственный наряд выпишет, пока фонды наверху утвердят… У нас же быстро ничего не делается! С месяц, а то и полтора точно проторчим без настоящего дела. Мужики у меня крепкие, семейные, работать хотят, копейку зашибать, а придется баклуши бить да штаны просиживать.

Услышав эти конкретные сроки, я мгновенно осознал открывающиеся перспективы. Десятки крепких рабочих с отличным плотницким инструментом окажутся временно без дела в томительном ожидании. А что бы ими не воспользоваться?