— Нет. Буду учить вас их производить, Андрей Николаевич, — мой голос был тих, но в нем звенел металл. Расстегнув портфель, я выложил на стол красную папку с постановлением ЦК. — Я здесь не как ваш коллега-конструктор, а как председатель Специальной Технической Инспекции. И я ставлю вам категорическое условие.

Я дождался, пока Туполев прочтет мандат за подписью вождя. По мере прочтения спесь с конструктора начала медленно, но верно спадать. Он понял,какими полномочиями я теперь обладаю.

— Вы полностью переводите проектирование и производство СБ на плазово-шаблонный метод, — чеканя слова, приказал я. — Чертежи должны переноситься в натуральную величину на жесткие плазы. Никакой подгонки по месту. И второе: массовое внедрение объемной горячей штамповки. Только так мы обеспечим взаимозаменяемость деталей, резко снизим массу планера и сможем гнать эти самолеты тысячными сериями.

Туполев тяжело опустился в кресло. Он был умным человеком и понимал, что эта технологическая революция неизбежна. Просто я заставлял его сделать этот мучительный шаг прямо сейчас, под угрозой остановки всех его проектов.

— Плазы и штампы… Это потребует колоссальной перестройки заводов, — глухо произнес он. — Но даже если мы облегчим планер технологически, этого не хватит, чтобы машина уверенно брала тонну бомб и уходила от истребителей. Физику не обманешь.

— Верно, — я смягчил тон, переходя от кнута к совместной инженерной работе. — Технология производства — это лишь первый шаг. Теперь давайте подумаем, как нам выжать из этой машины максимум. Нам нужно кардинально пересмотреть механизацию крыла и решить проблему взлетной мощности ваших двигателей. У меня есть на этот счет пара нестандартных идей.

Напряжение в кабинете немного спало. Андрей Николаевич Туполев тяжело вздохнул, убрал в сторону злополучное постановление ЦК и, как истинный инженер, отложил уязвленную гордость ради конкретной задачи. Мы снова склонились над синьками СБ.

— Хорошо, Леонид Ильич. Допустим, мы внедрим плазы и штамповку, сбросим вес пустого планера, — рассуждал Андрей Николаевич, водя толстым карандашом по чертежу. — Но мы тут же сожрем этот выигрыш бронеспинками, новыми экранированными турелями для крупного калибра и дополнительным топливом. С тонной бомб эта машина просто не оторвется от короткой грунтовой полосы. Физику не обманешь.

— Физику мы обманывать не будем. Мы заставим ее работать на нас, — я придвинул к себе чертеж крыла. — Первое: механизация. Текущей подъемной силы вам категорически не хватит. Обычные щитки не спасут. Нам нужны мощные щелевые закрылки.