- Нельзя так все оставлять! – произнесла я, осматриваясь. – Надобно царство уничтожить! Доставай яйцо! Мы ведь по-другому отсюда не выберемся!
- Да выберемся, - голосом, сочащимся от оптимизма, произнес мой спаситель. Он стал шагать впереди, как вдруг споткнулся и … упал.
- Ай! – заорал он дурным голосом, пока я металась рядом. Внезапно туман стал дрожать. Я не поняла, что бы это могло значить!
- Котик? – прошептала я, как вдруг увидела, что железный столб с древними письменами гнется и сворачивается. А вот это мне уже совсем не понравилось!
Цепи, словно сгорали в невидимом огне, улетая вверх пеплом.
- Кот! - заметалась я, глядя, как пространство вокруг нас сжимается. Черепа исчезали, сухая трава испарялась.- Кот!!!
Глава сорок вторая
Все это заняло несколько секунд, хотя, по ощущениям это была вечность.
Внезапно, нас выбросило на поляну. Я лежала на траве, чувствуя, кто она живая. Не было ни скелетов, ни костей, ни черепов, ни столба. Ничего не было. Было лишь ясное голубое небо, заливистые птички и шелест листьев.
Я села в одно мгновенье, чувствуя, что от земли идет тепло.
- Ааааа! – орал царевич, корчаясь на траве. – Яйцо-о-о! Иголка-а-а-а…
И тут я поняла. Это была моя ошибка. Нужно было проверить его штаны. Ведь какая-то светлая голова надоумила его спрятать яйцо к другим яйцам. Так сказать, носить все яйца в одной корзине!
- Ты… ты… - прошептала я, видя, как он лезет в рукой прямо туда и достает оттуда скорлупку, которая похожа была на тонкое светящееся стекло и сломанную иглу.
- Нет, - прошептала я, выхватывая его из рук дурака. Правильно говорят, дуракам всегда везет! И вот на этот раз его спасло везенье! – Нет!
Я держала на руках светящиеся скорлупки и сломанную надвое иглу, словно осколки от моего мира. Она тоже светилась, но медленно гасла. Сквозь подступающие слезы я видела, что дуб самый обычный. На том месте, где была дверь в ломбард, красовалось мрачное, заросшее дупло.
На дрожащих ногах, я дошла до дупла и нырнула в него рукой. Под дрожащими пальцами прошуршали сухие листья.
- Пойдем, красна-девица, - послышался голос за спиной.
- Пошел вон! – рявкнула я, а слезы брызнули из глаз. Я шлепнула его по руке.
Он все еще держал корзинку между ног руками и ходил, словно беременная утка.
- И то верно, - заметил Иван Царевич. – Какой теперича из меня жених? Лучше вон! Подвигами займусь ратными! Пойду по миру! Буду зло на корню изничтожать!
- Да, - закивала я, растирая слезы рукой. – Иди… Иди по- миру… У тебя все получится… Только в покое меня оставь!
Меня, кажется, даже не дослушали, и направились на поиски подвигов, шурша кустами.