Медицинский диагноз. Плоскостопие? Стандартная отмазка, но я уже так засветился, что меня будут проверять всеми доступными «рентгенами». Ни один доктор не подпишется под таким липовым диагнозом.

Студенческая отсрочка. Поступить обратно в UCLA? Бабки есть, курс проплачу без проблем. Но это можно сделать только с нового учебного года.

Брак и ребёнок. Тут самое больное.

Китти.

Если она все-таки залетела, то ребенок родится только в октябре. Сам факт беременности отсрочки не дает. Даже если мы вступим срочно в брак и Китти придет на призывную комиссию с животом, то я все-равно загремлю бегать под минами в Корею.

* * *

И на подъезде к нашему офисному зданию я понял, что жизнь подкидывает новые проблемы

Перед нашим парадным входом на тротуаре стояла толпа. Не та толпа поклонников и хейтеров, к который мы уже привыкли на автомате вызывая полицейские патрули. И не орда херстовских журналистов. Толпа молодых женщин.

Одетых все по-разному, кто-то в плащах, кто-то просто в платьях, с маленькими сумочками, в туфлях на каблуках. Десятки блондинок, брюнеток, шатенок, две негритянки, одна явная мексиканка. Кто-то явно пришёл с подругой — стоят под ручку, кто-то поодиночке, у некоторых в руках большие папки. На вид — от шестнадцати до тридцати пяти. Не меньше семидесяти человек, по самой осторожной прикидке. Они нервно переговаривались, поправляли макияж, переглядывались друг с другом с недоброжелательным любопытством.

И когда они увидели мой подъезжающий «Роадмастер» — толпа колыхнулась к машине. Сначала первые ряды, потом вторые, потом все. Я через стекло видел, как они напирают, как одна девушка показывает на нас пальцем, кто-то начал даже визжать от восторга.

Олсен стиснул руль.

— Босс, что за?…

— Я и сам понятия не имею. Сигналь и двигайся потихоньку.

Хэнк дал длинный гудок. Толпа неохотно расступилась — несколько девушек помахали мне руками, одна показала Олсену язык, ещё одна послала воздушный поцелуй. Ворота во внутренний двор нам открыл лично Гвидо на лице у него было мрачная гримаса.

Заехали. Гвидо закрыл ворота за нами, подошёл к моей дверце.

— Босс. Доброе утро. Точнее совсем не доброе.

— Гвидо, ради бога. Кто это там, на крыльце?

— Это, босс, — Гвидо тяжело вздохнул, — последствия одной очень плохой идеи Берни.

— А именно?

— Он вчера дал объявление в «Лос-Анджелес Таймс», «Геральд-Экспресс» и «Дейли Ньюс» о том, что журнал «Ловелас» проводит открытый кастинг моделей для следующих номеров. С указанием нашего адреса. И времени — с десяти утра. Сегодня тут с утра уже ад. Девки ломятся внутрь, требуют сразу мистера Миллера.