Я взглядом выцепил во дворе Жилу Кирилла. Не того Жилу, что с рынка, а нашего, детдомовского. Костлявого, настороженного, с вечно дёрганым лицом. Того самого, который пошёл в отказ в первый день, когда мы собирали наш первый круг.

Настало время его «определять», пока он не начал мешаться под ногами.

Сейчас Кирилл топтался у стены, делая вид, что ему до нас никакого дела нет, но уши у него давно были здесь.

— Кирилл, сюда подойди, — бросил я.

Он обернулся не сразу, будто надеялся, что зовут не его. Потом всё-таки подошёл. Плечи чуть подняты, взгляд скользкий, ноги будто уже заранее готовы обратно отступить.

— Чё надо?

— Работа есть.

Он сразу скривился.

— Какая ещё работа?

— Побудешь у Шкета на подхвате.

— Я на стрелку не пойду, — поспешил он пойти в отказ.

— А тебя никто и не зовёт, — ответил я спокойно. — Стоишь на точке здесь. Смотришь.

Кирилл нахмурился ещё сильнее.

— Это чё, я у малого шестерить буду⁈ Почему я?

— Потому что ты ещё не определился, с кем ты, — сказал я. — А я тебе помогаю определиться. В начале я тебя на другое положение звал, но ты отказался, — напомнил я. — Потому вакансии только такие остались. По крайней мере, для тебя.

Он посмотрел на меня внимательно. И понял. Не всё, конечно, но главное понял точно: это не просьба. Это был выбор, который откладывать дальше я ему уже не дам.

— А если сдристну? — спросил он в лоб.

Я не смягчал.

— Тогда не рассчитывай, что кто-то тебя потом прикроет, первым пойдёшь в расход.

Кирилл сглотнул.

Жёстко, но по-другому тут и не работало. В детдоме слишком долго все жили по правилу, что любой выбор можно отложить, пересидеть, переждать, а потом прибиться к сильному уже после драки. Я как раз эту привычку и ломал.

Кирилл отвёл глаза, потом снова поднял.

— Я понял… — выдавил он из себя, принимая, что дальше юлить не выйдет.

Меня это как раз устраивало. Храбрецов на словах тут и без него хватало. Мне нужен был конкретный шаг.

Я подозвал Шкета.

— Шкет.

— Чё?

— Тут у нас человек на испытании. Поставишь его так, чтобы не мешался, но и не потерялся. Ну и объяснишь, как грамотно работать.

Шкет тут же покосился на Кирилла уже совсем другими глазами.

— Сделаем.

Шкет кивнул, и у него на лице даже мелькнуло что-то вроде интереса. Ему явно понравилось, что у него теперь не только поручение, но и свой проверяемый. Это было правильно. Система оживает тогда, когда каждый уже хоть чуть-чуть отвечает за кусок общего дела.

— Пошли, — сказал Шкет Кириллу. — Только не тупи.

Кирилл дёрнул плечом.

— Без тебя знаю.

— Ну-ну, — хмыкнул Шкет.

Они отошли, Кирилл всё ещё был напряжён, как натянутая проволока, но условия принял.