— А я думал, блин, уже из тачки подрываться — морды бить! — Шкет вскочил и нанёс несколько ударов по воздуху. — Бам-бам-бам, троечка!

Я сел на койку, упёрся ладонями в край матраса и посмотрел на Рашпиля. Тот стоял чуть в стороне, прислонившись плечом к стене, и не лез с умными вставками. После пустыря ему сейчас меньше всех нужно было много говорить. Он сам ещё переваривал, что только что стоял не по ту сторону баррикад, и назад это уже не отыграть.

— А ты, Рашпиль, видел рожу Жилы, когда вы выскочили? — выпалил Шкет.

Рашпиль чуть скривил угол рта, давя усмешку.

— Видел.

— И? Скажи ж, зассал?

— Скажу ж, — хмыкнул Рашпиль.

Я дал Шкету насладиться эйфорией, но ровно столько, сколько надо. Не больше. После хорошего выхода своих всегда тянет на гул либо на браваду, а мне ни то ни другое не было нужно.

— Радоваться рано, пацаны, — сказал я. — С Саматом будет сложнее.

Шкет осёкся, будто ему холодной водой в лицо плеснули.

— Вот, — заговорил Игорь. — Я про это и думаю.

Он подошёл к моей койке и сел рядом.

— Жила поплыл, — продолжил он. — Но это ещё не значит, что всё пошло как надо.

— Не значит, — согласился я.

— Теперь снаружи по-другому смотреть будут. И не факт, что это лучше, — Игорь поделился итогом своих размышлений.

Шкет растерянно моргнул. Рашпиль даже не шевельнулся.

Игорь пару секунд помолчал, потом добавил:

— Значит, дальше походу будет напряжнее.

— Ну ты тоже, Игорёк, краски не сгущай — как будет дальше, зависит от нас, а голова варит хуже, если не отдыхать, — сказал я. — Так что предлагаю после всего хорошенечко выспаться. Пока дают.

Шкет, по-прежнему стоявший посередине спальни, замотал башкой.

— Да меня сейчас вообще не вырубит, — признался он.

— Ничего, — сказал Игорь. — Ляжешь — вырубит. Организм умнее тебя.

— Это несложно, — вставил Рашпиль.

Шкет уже хотел огрызнуться, но передумал и только шмыгнул носом.

— А потом чё? — спросил он.

— Потом готовиться, — ответил я. — И думать план. Независимо от того, будет встреча или нет. А пока — спать.

Игорь коротко кивнул, поднялся и пошёл обратно к своей койке. Рашпиль молча улёгся, повернулся лицом к стене и, кажется, заснул сразу же. Шкет пожал плечами и тоже пошёл к своему месту.

Я встал, стянул куртку, бросил её на спинку кровати и тоже лёг, сразу же провалившись в сон. Сразу после пустыря ничего не должно было прилететь сразу, и время на отдых было. Но одновременно именно это бесило сильнее всего.

Стоило закрыть глаза, как сон накрыл меня с головой. Всё-таки двое суток практически без сна — это ни разу не шутки. Даже молодой организм имеет свой ресурс.