— Ну конечно, нормально, — протянула она таким тоном, что сразу стало ясно: в это «нормально» она не поверила ни на секунду.

Я поправил контакт, вставил обратно шнур.

— А что, по мне видно, что ненормально?

— По тебе — нет, — сказала она. — А вот по Зинаиде Игоревне видно.

Я поднял на неё глаза.

— С чего вы взяли?

Она отхлебнула чай и посмотрела на меня поверх стакана так, будто не первый год людей насквозь читала.

— С того, что я не слепая. Зина нервничает, дёргается, ищет что-то, вынюхивает. Ходит с таким лицом, будто у неё под полом бомба тикает. А когда она так ходит, значит, чует: где-то неладное. И, как правило, неладное это крутится вокруг вас.

Я ничего на это не ответил. Просто вставил винты на место и начал закручивать обратно крышку.

— Да ты не переживай, — сказала она уже мягче. — Я не для доноса спрашиваю. Мне ваши войны ни к чему. Мне бы, чтоб вы тут с голоду не подохли и друг друга не поубивали раньше времени.

— Мы стараемся, — сказал я.

— Вижу я, как вы стараетесь, — хмыкнула она.

Я собрал утюг, повертел его в руках, потом кивнул на розетку.

— Включать можно?

— Включай, — сказала она, сразу подавшись чуть вперёд.

Я воткнул вилку. Утюг глухо щёлкнул, но уже не затрещал и не заискрил. Я подождал пару секунд — всё работало ровно.

— Ну вот, — сказал я. — Живой.

Повариха даже брови подняла.

— Ого. А я думала, ты сейчас поковыряешься для вида и скажешь, что нужен новый.

— Новый каждый дурак попросит, — ответил я, вынимая вилку. — А этот ещё поработает.

— Ну ты даёшь, Дёмин, — сказала она.

— Ладно, если что надо покушать вне расписания — приходи, понял?

— Понял, спасибо, — сказал я.

Я поднялся, допил чай в два глотка, сунул в рот последний кусок пирожка и поставил стакан обратно на стол.

— Иди уже, мастер, — отмахнулась она. — Пока я тебе ещё что-нибудь не всучила.

Я усмехнулся, вышел из кухни и сразу ускорил шаг. Теперь можно было идти к Шмелю. Но только я свернул к двору, как увидел Зинаиду. Стояла у крыльца, будто никого не ждала. Руки сложены на груди, губы поджаты, взгляд спокойный, но слишком уж неподвижный.

— Дёмин, подойди.

— Да?

Она скользнула взглядом по моей руке без гипса, отметила это сразу, но вслух начала не с того.

— Ты что-то слишком часто в последнее время оказываешься там, где без тебя и так хватает проблем.

— Так место у нас тихое, — сказал я. — Событий мало. Вот и бросается в глаза.

Она на шутку не отреагировала.

— Из медпункта идёшь?

— Оттуда.

— Сняли?

Я чуть приподнял руку.

— Сняли, как видите.

Она кивнула, будто именно это её и интересовало, но я видел: не это. Её вообще редко интересовало то, о чём она спрашивала прямо.