Сидя за столиком, потихоньку поглощал стейк с зеленым горошком — очень потешно ловить его палочками по одной горошине! — и калякал сценарий. Не один-в один, само собой, а как обычно — максимально возможно близкий в моей ситуации к изначальному тексту пересказ. Стивен поправит, если что — Сталлоне со Скоттом же поправили. Внезапно мою медитацию прервал прокуренно-сорванный, хрипловатый женский оклик:

— Одзава? Одзава Иоши?

Переключив внимание, посмотрел на блондинку лет тридцати, одетую в джинсы и белую блузку под джинсовой курткой.

— Здравствуйте! — Я уже хорошо вышколенный, поэтому профессионально улыбнулся, — Вам автограф?

— Автограф тоже! — Хмыкнула гайдзинка, бесцеремонно приземлившись на стул напротив и помахав кому-то в глубине зала: — Витья, идьи сюда! — Позвала на ломаном русском.

'Дом стоит — свет горит!

Из окна видна даааль…' — пронеслось у меня в голове, потому что к столику подошел Виктор Цой. Как тесен мир! Встав, отметил рост советской звезды — выше меня на целую голову! — и низко поклонился:

— Виктор Робертович, для меня знакомство с вами — большая честь!

Цой поклонился в ответ, и мы расселись обратно.

— А откуда ты знаешь Виктора? — Снова перешла гайдзинка на английский.

— Его диск «Группа крови» лежит у меня дома.

Даже врать не пришлось — этот альбом у нас в Японии официально издает «Amuse Corporation». Они же, походу, Цоя и привезли!

— А вы, простите, кто? — Зафорсил я гайдзинку с дурными манерами проявить вежливость.

— Стингрей, Джоанна! — Правильно (это когда сначала фамилия) представилась она.

— Слышал о вас! — Просветлел я.

— Как и ожидалось от мальчика-гения! — Похвалила она меня с легким привкусом «булщита».

— Оставите мне автограф, Виктор Робертович? — Подкатил я к Цою, потеряв к его сопровождающей интерес — и так понятно, зачем она здесь, и я точно не соглашусь.

Зато появился шанс спасти кумира миллионов вообще без трудозатрат и мутных схем, по которым у злосчастного «Икаруса» отказывает движок прямо перед выходом на рейс.

— Конечно, — С улыбкой кивнул он и на корявом японском добавил: — Это — честь для меня.

— Давайте лучше на русском, — Поморщился я.

Цой хохотнул:

— Ну хоть кто-то здесь признал, что у меня ужасно получается!

— У нас сложный язык, поэтому успехи любого уровня вызывают у нас искренне уважение к потраченным на освоение усилиям! — С улыбкой объяснил я особенность нашего менталитета.

— Как думаешь, ты смог бы пристроить Виктора на разогрев к Arctic Monkeys? — Потеряв терпение, в лоб спросила гайдзинка, — И устроить им совместный тур?