Сам отец закаменел лицом, но лезть не стал, Такеши и Куросава понимающе улыбнулись, Хэруки и Чико восхитились, а мама Хомура виновато закусила губки и потупилась. Погрузились в пару лимузинов — Такеши с женой с нами, Куросава со своими — отдельно, и направились к павильону Дороти Чендлер. Само собой, квартал огорожен копами, а тротуары забиты пришедшей полюбоваться за любимых кумиров толпой. В этот раз, слава богу, большая часть пришла не по мою душу — какой к черту Иоши, когда по ковровой дорожке с улыбкой вот-вот важно прошествует сопровождаемый женой и матерью Шварценеггер?

Из лимузинов образовалась некоторая пробка — это ж надо подъехать к дорожке, подчеркнуто-вальяжно выгрузиться, совершить променад, активно торгуя лицом, и только потом можно выпускать следующую «селебу». Избежать проблем помогло строгое расписание — кто и во сколько прибывает. Сначала, само собой, на ковер ступили Куросава-сенсей сотоварищи. Народу, в общем-то, и на него было по большому счету все равно. Да, заслуженный япошка, но перед ним уже прибыла целая когорта голливудских мастодонтов — Морлон Брандо (очень такой расплывшийся, но не как что-то плохое — он старый, ему можно), Морган Фримен (не в манто, а в нормальном черном пальто — дедушка Фримен хороший и понтоваться не любит), Дэнзел Вашингтон — у меня в голове невольно заиграл биток из «Still D. R. E.», Том Хэнкс, вышеупомянутый Арнольд, мой хороший друг Оливер Стоун (надо будет узнать, что там со сценарием, но это только в случае победы — иначе на «афтерпати» не пустят, а лезть к режиссеру у всех на глазах, нарушая регламент, я не стану), Джордж Лукас и Стивен Спилберг, Том Круз, Джек Николсон, потенциальный «гладиатор» в лице Мэла Гибсона — вроде даже не сильно пьяный, старый для всего этого дерьма Дэнни Гловер, Робин Уильямс и многие-многие другие. Из дам, помимо очевидных жен и подруг знаменитостей-мужчин, узнал Мишель Пфайфер и Наталью Негоду — ту самую «маленькую Веру» из одноименного фильма. Само собой, ими гостьи не ограничились, просто я знаю многих актрис в лицо, но не по именам. Жуткий сексизм, да!

Наконец, настала наша очередь. Волнения — ноль, потому что толпе на меня прямо плевать, равно как и на Такеши, поэтому спокойно продефилировал с Хэруки под ручку, не забывая поглядывать в объективы — зря что ли линзы надевал? О, вон та камера с логотипом «NHK» явно берет крупный план моей рожи, поэтому скалимся как можно приветливее.

Миновав украшенную живыми цветами арку (Хэруки грустно вздохнула, видя такое надругательство), прошли внутрь, и тут меня наконец-то накрыло — я, мать его, на ОСКАРЕ! К счастью, в холле к нам подошли Тильда Суинтон — она же получила награду в Берлине, значит билетик на церемонию ей положен — и Ридли Скотт, сразу же начавший рассказывать Куросаве, как ему нравится «Расёмон». Раскланялась со взрослыми, Тильда тоже выразила глубочайшее почтение Куросаве, по-дружески чмокнула меня в щечку, поручкалась с Хэруки — перевел выданные Тильдой комплименты краснеющей девушке — и мамой Хомурой, которой переводить ничего не надо. Чико удостоилась комплимента за «Покемонов» — Тильда явно готовилась! Отсыпала она комплиментов и жене Такеши, и ему самому.