К ночи, по моим подсчётам, процедуру должны были пройти не меньше пятидесяти человек из этого рода. Санни предположил, что Правитель наверняка захочет использовать артефакт и на дворцовых поварах, личных слугах, а возможно, даже на наложницах. Впрочем, это уже не наше дело.

Моя задача была простой — варить зелье.

Собственно, этим мы и занимались следующие полмесяца. Флаконы раскладывали по коробочкам, коробочки складывали в ящики, а ящики уносили куда-то в тайники Правителя. Сколько именно зелий мы изготовили, я даже приблизительно сказать не мог. Но счёт точно шёл на десятки тысяч флаконов. На большее число у Его Милости уже крови не хватило.

Наконец господин Банепали — так, оказывается, звали того надменного господина и личного порученца Правителя — сообщил, что очередную партию трав уже закладывают в сушильни, и мы можем немного отдохнуть. Заодно он передал шкатулки с золотом. Мне и Санни Правитель выплатил по пятьдесят тысяч золотых. Айрику досталось всего десять — видимо, его вклад в создание артефакта посчитали менее значимым.

Столько же получила Кэтти. В эти дни она не отдыхала, постоянно занимаясь лечением. Поскольку всё же моя невеста оставалась Каэлин, процедуру на артефакте ей тоже пришлось пройти. Никаких побочных эффектов клятва у неё не вызвала, и Кэтти продолжала спокойно выполнять обязанности целителя.

Все новости и сплетни о происходящем приносил нам Айрик. Как я и предполагал, слухи по столице расползлись самые невероятные. Кто-то уверял, будто представители Каэлин замышляли убийство Правителя, поэтому и впали в немилость. Другие рассказывали, что артефакт способен читать мысли. Некоторые и вовсе утверждали, что теперь Его Милость может убить любого подданного одним приказом.

Истории от Кэтти звучали не менее забавно.

По решению суда род Каэлин обязан был полностью восстановить мою оранжерею. И тех несчастных, кто отвечал за выполнение этого распоряжения, Кэтти лечила по несколько раз на дню. Найти хороших мастеров в столице и без того было непросто, а после недавних событий цены взлетели ещё выше. Я и сам сталкивался с этой проблемой, потому прекрасно понимал, насколько тяжело срочно организовать подобные работы.

Схема обычно повторялась одинаково. Представители рода Каэлин находили мастеров, обсуждали стоимость, начинали мысленно проклинать меня, мою оранжерею и решение Правителя, которое многие из них считали несправедливым. На этом месте срабатывала клятва, и очередного родственника приходилось срочно лечить.

Как бы там ни было, оранжерею мне всё-таки отстроили. Сам я её пока не видел — времени совершенно не оставалось, но Айрик уверял, что получилось более чем достойно. И задний двор мне также привели в порядок, посадив какие-то редкие декоративные растения.