— О! — Я оценил такое смягчение собственной участи и обрадованно закивал. — То есть фуршет будет. Это нормально. А…

— Что? — спросил Федор Иванович.

— Мне Эльку сюда привести, может? Ну, провода, коммуникации…

Они снова синхронно посмотрели на меня, и отец сказал:

— Найдутся и без нее специалисты… Давай, Миша, иди. Мы тут вчетвером обсудим кое-что… Я же вижу — тебе не терпится. Если что, Ермоловы к Северным воротам приехали. У них там особняк, у самой стены.

Ну а я что? Я взялся за одно из кресел и спросил:

— А можно?

— Ну-ну? — заинтересованно покивал Дмитрий.

Усевшись на меховое сиденье, я пошевелил пальцами, раскрывая одно из витражных окон, прицелился, чуть поерзал — и со страшной скоростью умчался в снежное зимнее небо!

* * *

На самом деле поступок был идиотский. Меня чуть дроны не заклевали, а еще по мою душу опричники с реактивными ранцами на спинах в воздух поднялись. Универсальный щит — штука хорошая, но я уже сильно потратился на шатание дворцовой башни, так что если бы беспилотники стали гасить по мне ракетами «воздух-воздух» или опричники прошлись из роторных пулеметов — я бы, наверное, помер. Но думаю, отец, дяди или Рикович быстро сообщили силам ПВО, что за неопознанный летающий объедок в воздушном пространстве Государевой резиденции наблюдается — и потому и опричники, и дроны меня не тронули: просто сопроводили.

Повезло еще, что я к защитному куполу Александровской слободы не приблизился, который примерно на километровой высоте над всей крепостью висел, и только в воротах в нем имелись прорехи. Попади я в это силовое поле — сгорел бы на фиг. Наверное.

Но — обошлось, и кортеж Ермоловых я встретил на расслабоне: сидел в кресле посреди сугробов и огонечки вокруг себя гонял — грелся. Вот не был бы телекинетиком и менталистом — точно стал бы пиромантом. Ага. Или — цивильным. Как будто кто-то дает нам право выбора…

Опричники у ворот время от времени косились в мою сторону, хотя об этом и сложно было судить: по зимнему времени и серьезности обстановки они предпочитали тяжелый бронированный комплект, и легкий поворот массивного шлема мог означать что угодно. Мне всегда хотелось такой доспех примерить, но даже в Бельдягино никто такую роскошь юнкерам не предлагал: не по чину полный штурмовой доспех носить тем, кто опричную присягу не принял!

Через секунду мне стало уже не до крутой экипировки: в воротах появился очень представительный кортеж. Огромные черные электрокары, выполненные в ретростиле, — точь-в-точь как тот монстр, на котором приехал в Пеллу Клавдий во время первой нашей с ним встречи, — въезжали за крепостные стены. Гербы на дверцах не оставляли никаких сомнений: это были Ермоловы. При этом на некоторых машинах можно было видеть и другие эмблемы рядом с основной — «младшие» кланы тоже присутствовали здесь. Как я понял, у ермоловского альянса теперь насчитывалось не то пять, не то семь мест в Госсовете — очень серьезная сила!