— Вам не пора к своим людям, сеньор Фрозен? — спросил я.

— Да, — коротко ответил он, не взглянув в мою сторону, не сказав сеньор, а просто соскочил с камня и двинулся прочь. Нанеся этим любому приличному аристократу смертельное оскорбление. Ну ладно, не смертельное, но сильно испортив о себе впечатление. Вот же быдло. Я унял раздражение.

— Проверял, точно ли мы будем там, где сказали, — тихо сказал Волок за моей спиной. Он, похоже, понял, что я слышу лучше обычных людей.

Фрозена можно понять. Я бы на его месте тоже не стал себе доверять. Все же, я аристократ, от меня ожидаемо, что я подставлю его под удар, а сам удеру. Тут на войне именно так все и работает.

Вот только среди людей моего круга, в смысле благородных сеньоров, быть негодяем неприлично. Хотя, конечно, Аст Инобал как-то справляется. И все же, если благородные сеньоры узнают, что бандитская вылазка имеющая целью разграбить вражеский обоз это моя задумка, они могут всерьез обидеться. Нет, предложи я тоже самое, но с благородными сеньорами в роли лихих налетчиков — меня бы всячески поддержали. А вот отдать добычу пехоте — уже отдает подлостью.

Подобное двоемыслие мне все еще было не всегда понятно, приходилось сверяться с ощущениями Магна. Хотя, в общем, я и сам начал понимать. Пока Эйрик продолжал своим грохочущим басом сокрушаться о бездумном уничтожении имущества, как о сжигаемых домах, так и о вытаптываемых полях, еще пара человек удивилась телегам в составе отряда Леонхарта. К счастью, в этот раз Дукат не стал повторять мои слова а проявил инициативу и выразился по-своему, не забыв приписать все заслуги себе:

— Так я же говорю, наши вонючки услышали как я засекаю время подхода обозов к придуркам на той стороне. Дураки, решили что смогут взять добра и унести ноги! Хорошо, что сеньор Магн узнал о их идиотском плане, может сейчас успеем отпугнуть этих петухов, пока те не насадили их задницы на свои копья!

Это он о меняющейся обстановке на том берегу. Леонхарту оставалось от силы метров пятьсот до моста. Мои пехотинцы орали, махали руками, и били возниц и быков, чтобы те ехали быстрее. А к ним, со стороны лагеря врагов, уже неслось пара десятков всадников. Самые молодые и горячие. Как те, кто напал на меня во время схватки на холме, перед ночной битвой с армией Старого Волка. Те, кто жаждал славы и признания.

Нападали они не единым фронтом, это было несколько отрядов из двух-трех друзей-рыцарей, всего по пять-десять всадников в отряде. Против моего ожидания, Леонхарт не попытался поставить своих парней в строй. Часть пехотинцев запрыгнула на телеги, одна большая группа вышла вперед. Установила перед собой тяжелые щиты-павизы и споро натянула арбалеты. Парни из братства арбалетчиков Кесаены, не иначе.