Глава 23 Герцог Караэна
Караэн встретил меня дымом кузниц и скрипом барж в речном порту. Я въехал через Военные ворота на следующий день после битвы. Синий холм, военный дом, жёлтые плиты Древнего тракта — я вдруг почувствовал острую радость возвращения домой. Моё настроение передалось даже Коровке: боевой конь приплясывал, копыта выбивали искры из камня. Позади громыхал отряд: потрёпанные всадники в серых плащах, Джевал со своими «мантикорами» в чёрных коттах, бело-красные ленты на копьях заменили жёлтые и теперь трепетали, как змеиные языки. Пехотинцы из Таэна подтянулись только через неделю — они и всесь тот сброд, что приблудился по дороге. Их я в город не пустил, оставил в казармах у ворот. Ничего, им удалось и оттуда пугать горожан одним своим видом. Город, против ожидания, кипел жизнью: толпы высыпали на улицы встречать меня. С радостной рожей я бросал в народ горсти серебряных сольдо из мешочка, заготовленного по совету Вокулы.
Едва я «разбил» гильдейское ополчение Караэна, ко мне потянулись те, кто выжидал. Тётя Роза — все такая же очаровательная хохотушка с пронзительным взглядом — привела полсотни всадников: аристократов из контадо, чьи кони фыркали, а эмаль на шлемах блестела яркими геральдическими цветами. Она и впрямь создала себе армию. На мой вопрос о том, где же её любимый Фредерик, она фыркнула: «Бегает за юбкой. Та девка из Университета, о которой говорит весь город. Ах Магн, как я рада, что ты…» и поток лести и жалоб, как она тут без меня страдала. Но я уже знал от Фанга — тетушке даже посместье в Караэне не разграбили. Зато сама она прибрала к рукам немало земли. Сделала это с умом — перераспределив гильдейские, или просто плохо лежащие поля и хуторки в пользу своих вассалов. Или, как она называла свой отряд, «храбрые юноши, что встали на защиту бедной женщины». Даже не зятьям, а именно своим сторонникам — такими темпами она сколотит себе не самую плохую армию. Она уже могла поспорить с Собранием Великих Семей, не думаю что те способны в сжатые сроки смогли поставить под копье хотя бы пару сотен всадников. Великие Семьи Караэна вообще вели себя глупо — сидели в замках, выжидая. Идиоты. Если уж ты попал в бурлящий поток исторического процесса, то выжить можно только если ты очень маленькая щепочка. В противном случае надо барахтаться и выплывать, иначе тебя размелет в кашу.
За ней подтянулись мелкие семейства окрестностей — кто с десятком копий, кто с парой слуг в ржавых кольчугах. Они явились наутро после битвы, принеся вести: Пьяго Тук, глава гильдии ткачей — толстый, наглый, надменный, расфуфыренный, всегда в бархате с золотыми нитями, — сбежал, бросив своих людей. Ткачи заперлись в своих городках-мануфактурах к западу от Караэна и ждут участи. Браг Железная Крепь, приземистый оружейник с долгобородской кровью, тоже покинул город. Но, по слухам, не захотел оставить кузни дымить без присмотра и ушёл к северу, во владения своей гильдии.