— Ну что ты, я тебя не виню. Это, конечно, ужасная трагедия, — кивнул я и выбросил шлем в сторону. Идиотский поступок, дорогая же вещь. Но я чувствовал себя так легко, что мне хотелось смеяться и что-то подбрасывать. — Гонорат хоть частично искупил свою вину. А вот вы двое, вам придётся объяснить, как же так получилось, что мой дом в Караэне горит, мой брат убит, а мои владения разграблены…
— К счастью, всё не так плохо, — вскинулся Вокула. — Благодаря слухам, что ваш брат жив, мы смогли удержать самых алчных от посягательств на ваши земли и…
— Благодаря моим умелым действиям, эти слухи были убедительны. Ведь дошли даже до вас, — перебил его Фанго.
— Ладно, расскажите потом. Сейчас я желаю мыться и спать, — я хохотнул. Наконец-то небо будет закрыто каменным потолком, а не матерчатой стеной палатки. И, главное, этот камень будет принадлежать мне. И только мне.
Глава 14 Змеиные закрома
Утром я выскользнул за дверь спальни. Она вела прямо на стену — так уж был устроен донжон. Очевидно, он был достроен позже основного замка. Горящий Пик вообще не был типичным замком. Его стены больше напоминали длинные блокгаузы со стрелковой галереей на втором ярусе. Помещения внутри давно приспособили под хозяйственные нужды, но обычно стены в замках представляли собой именно стены, а не замкнутые конструкции с одной усиленной стороной. Донжона раньше не существовало: если верхние этажи традиционно предназначались для апартаментов владельцев, то на первом этаже находилась лишь огромная прямоугольная шахта, уходящая отвесно вниз. По её краям тянулся широкий каменный пандус, опирающийся на массивные выступы. Всё это напоминало работу долгобородов, если бы они решили построить шахту внутри замка.
Центральный зал располагался метрах в десяти ниже уровня замка, в самом скальном теле Черного Холма. Если не считать свежую солому, постеленную на непривычно ровные плиты пола, он почти не отличался от обычных больших залов в замках. В центре находился огромный камин, в который можно было войти, лишь слегка пригнувшись — его размеры позволяли жарить целого бычка для орды нахлебников. Рядом стоял длинный деревянный стол из тщательно обработанных, но всё же не таких ровных досок, как в моём мире. Возле массивного стола — не менее монументальные лавки для дружины. Человек сорок могли разместиться, если потеснятся. На возвышении находился отдельный стол для хозяев замка. Потолок был плоским, как в городских квартирах, и казался слишком низким — от такого я уже отвык. За исключением совсем бедных домов, в местных жилищах над головой редко встречались доски: обычно перекладины и выше — черепичная кровля. Чердаки здесь знали, но строить их было дорого. А в полностью каменных домах потолки старались делать сводчатыми для прочности — выбить зубилом из камня плиты длиной двадцать метров могли только долгобороды. Однако здесь свод был явно естественным, очень ровным, хотя в паре мест немного породы высыпалось. Это тоже говорило о высоком профессионализме строителей.